Копия протокола допроса свидетеля Г. М. Тер-Саркисова от 1 августа 1953 г.

Реквизиты
Государство: 
Датировка: 
1953.08.01
Метки: 
Источник: 
Политбюро и дело Берия. Сборник документов — М.:, 2012. С. 198-200
Архив: 
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 171. Д. 465. Л. 129-132. Копия. Машинопись.

Совершенно секретно Товарищу Маленкову Г. М.

Представляю копию протокола допроса свидетеля Тер-Саркисова Гайка Моисеевича от 1 августа 1953 года.

Приложение: на трех листах.                                                                           

         [п.п.] Р. Руденко

1 августа 1953 года                                                                                                                              № 108/ссов

Протокол допроса свидетеля

1953 года, августа 1 дня, военный прокурор Главной военной прокуратуры полковник юстиции Пограницкий допросил с соблюдением ст. 162-168 УПК РСФСР в качестве свидетеля

Тер-Саркисова Гайка Моисеевича, 1894 года рождения, уроженца г. Шуша Нагорно-Карабахской авт[ономной] области Азербайджанской ССР; паспорт № 23-СУ-695156, выдан 75 отделением] милиции г. Москвы 29.IV. 1945 года; разведенного; армянина; в настоящее время начальник] 1-го сектора Мосгорздравотдела; с высшим образованием; из рабочих; несудимого; члена КПСС с 1917 года; проживающего в Москве, 162, Хав-ско-Шабловский пер., д. 4/14, корп. 1, кв. 28, тел. В-2-04-57.

Подписка: В соответствии со ст. 164 УПК следователь меня предупредил об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

Подпись    (Тер-Саркисов)

На днях я познакомился с постановлением Пленума ЦК КПСС по делу Берия Л. П., и мое внимание сосредоточилось на одном пункте этого постановления, в котором говорилось о работе Берия в мусаватистской контрразведке. Мне ярко вспомнилось то время, когда я лично встречал Берия в г. Баку в последних числах октября 1919 года, когда Баку был в руках буржуазных националистов и у власти было мусаватистское правительство. По существу, в то время в Баку, да и не только в Баку, а во всех закавказских республиках, хозяйничали англичане, мусаватисты же были марионеткой в руках англичан. Мусаватистская контрразведка находилась полностью в руках англичан и работала в их интересах по вылавливанию и уничтожению коммунистов и им сочувствующих. Вот в этот период времени я и встретил Берия JI. П. в мусаватистской контрразведке — он там работал и называл себя заместителем] начальника контрразведки. Во время встречи в 1919 году я не знал, что это Берия J1. П. Только в 1921 году, когда я вновь был в Баку, я встретил Берия уже в должности заместителя] председателя Азербайджанской ЧК (председателем был Багиров), мне стало ясно, что допрашивавший меня в 1919 году заместитель] начальника мусаватистской контрразведки и в 1921 году заместитель] пред[седателя] Азербайджанской] ЧК — одно и то же лицо, Берия J1. П. В то время я не придал этому обстоятельству должного значения; в дальнейшем же мне было известно, что Берия быстро пошел в гору, стал членом правительства Советского Союза, и я думал, что прошлое Берия не играет большой роли, и это прошлое известно руководителям партии и правительства Советского Союза. Узнав, что Берия — враг народа, скрывший свое прошлое от партии, я 22 июля с. г. написал письмо в ЦК КПСС, где изложил обстоятельства встречи с Берия в 1919 году.

В 1919 году я работал политкомиссаром особого отряда продармии в г. Киеве. В середине сентября, примерно, меня вызвали в Москву, где в ЦК партии тов. Стасова объявила мне, что я должен ехать на Кавказ для подпольной работы. Трудное было время: весь Кавказ был фактически в руках англичан, а формально существовали различные контрреволюционные правительства, главной целью которых была борьба с большевиками. Так, в Грузии в то время было меньшевистское правительство во главе с Жордания. В Армении — дашнакское правительство, а в Азербайджане — мусаватистское правительство. Эти правительства руководились англичанами.

Вместе со мной в распоряжение подпольного крайкома в Баку из Москвы выехало 25-28 человек. На станции в Баку нас неожиданно арестовали. Всего было арестовано 14 или 15 человек, причем арестовывали работники жандармерии, которые через некоторое время направили нас в контрразведку; она помещалась на набережной Губанова. Ночью этого же дня нас поочередно стали вызывать на допрос. Меня вызвали днем на следующий день. Допрашивал меня Берия (как я узнал впоследствии), который был одет в форму мусаватистской разведки с погонами, и называл он себя заместителем начальника контрразведки. Допрос заключался в том, чтобы установить, кто я, зачем приехал и не дашнак ли я. Берия особо тщательно интересовался — не являюсь ли я дашнаком. Никакого насилия к нам не было применено, хотя пытались установить — нет ли среди нас большевиков. Держали нас дня 3 или 4. Перед освобождением Берия вызвал нас и очень грубо предложил в течение 24 часов оставить Азербайджан. Я уехал в Карабахскую область и больше Берия не видел и ничего о нем не слышал. В 1920 году в Азербайджане установилась советская власть, а в 1921 году я по делам службы был в Баку и встретил Берия в ЧК — он был заместителем Багирова. Как получилось, что бывший контрразведчик мусаватистского правительства Берия попал на работу в органы ЧК, мне было совершенно непонятно.

Вот все, что я знаю о работе Берия в мусаватистской контразведке.

Записано с моих слов правильно и мною прочитано.

Тер-Саркисов

Допросил: полковник юстиции

Пограницкий

 

Верно: [п.п.] Майор административной] службы                                                          Юрьева

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.