Собственноручные показания д-ра К. Клодиуса «Греция» 17 июня 1946 г.

Реквизиты
Государство: 
Датировка: 
1946.06.17
Источник: 
Тайны дипломатии Третьего рейха. 1944-1955. М.: Международный фонд "Демократия", 2011. Стр. 253-258
Архив: 
ЦА ФСБ России. Н-20912. В 4-х тт. Т. 2. Л. 201—208. Подлинник. Машинопись. Автограф. Рукописный подлинник на немецком языке — т. 2, л.д. 209—221.

 

17 июня 1946 г.

Москва

Перевод с немецкого

До сих пор внутренняя политика Греции определяется стечением политических обстоятельств, возникших в результате первой мировой войны. В то время имелись противоречия между королем Константином, который стремился сохранить нейтралитет Греции, и уроженцем Крита — Венезелосом, который требовал вступления Греции в войну на стороне Антанты. Венезелос, сражавшийся с самого детства, т.е. с греко-турецкой войны за Крит в 1897 году за освобождение греческой территории от турецкого господства, рассчитывал, что во время мировой войны наступит момент, чтобы присоединить к Греции населенное греками побережье Малой Азии и, возможно, даже Константинополь.

Константин же был такого мнения, что Греция должна удовлетвориться увеличением территории в результате Балканской войны и что маленький народ не будет иметь силы защищать продолжительное время малоазиатское побережье или, тем более, Константинополь, против сильной Турции. К этому прибавлялось еще то, что Константин имел склонность к Германии ввиду того, что его жена, королева Софья, являлась сестрой германского короля.

Венезелос и его сторонники, главным образом будущий министр иностранных дел Политис, питали, напротив, симпатии к Франции. Большая часть греческого народа стояла на стороне Константина, так как народ после двух Балканских войн боялся новой войны. Константина любили, и народ питал симпатии к Германии, обоснованные историческими и культурными причинами. Кроме того, после второй балканской войны Германия выступила за то, чтобы Греция получила заселенную греками Восточную Македонию.

Только после того, как французы и англичане высадили свою армию в Греции и прогнали короля, им удалось с помощью оружия заставить вступить Грецию в войну. Во время войны «королевские», как с того времени называлась партия, были подавлены «венезелистами» с помощью французов и англичан (среди греков, бежавших в то время с Константином в Швейцарию, находился также бывший начальник Генштаба Метаксас, который позднее до 1941 года играл в Греции решающую роль как партийный руководитель и премьер-министр).

Как только французы и англичане покинули страну, народ во время голосования большинством голосов высказался за возвращение Константина. Последний вернулся в Грецию в 1920 году. Венезелос бежал во Францию, когда Греция уже заняла малоазиатское побережье. Констиантин не решился очистить Малую Азию и должен был продолжать войну против Турции, которую начал его противник Венезелос и которую он считал роковой для Греции и пошел лучше в ссылку, чем решился взять на себя ответственность за начало этой войны.

Война закончилась так, как Константин предвидел раньше, полным уничтожением покинутой французами и англичанами греческой армии в Малой Азии. Около 2—3 млн. греков, проживавших там свыше 2000 лет, были изгнаны из Турции, если только остались живы. Греция была переполнена беженцам, которые в течение долгих лет должны были жить в самых нищенских условиях и снабжение которых явилось для маленькой Греции большой хозяйственной и финансовой нагрузкой.

Хотя Константин был против этой войны, предвидел и боялся ее ужасных последствий для Греции в Малой Азии, часть греческого населения и, главным образом, офицеры сделали его ответственным за поражение, имевшее место в период его правления, вследствие чего в ноябре 1922 года, благодаря военному путчу под руководством генерала Пангалос, Константин был изгнан. Были казнены пять ответственных министров, среди которых руководитель партии «королевских». Сам Пангалос опирался на «вензелистов».

В то время как в 1920 году на троне остался второй сын Константина — Александр (кронпринц Георг, в настоящее время — король, сопровождал отца в Швейцарию), в 1922 году была провозглашена республика. Партийная борьба между роялистами и венезелистами переросла в борьбу между роялистами и республиканцами. Хотя сам Венезелос возвратился в Грецию, однако, он играл политическую роль только временно.

Во внешнеполитических отношениях греческих партий произошло значительное изменение. В эти годы Германия уже не являлась могущественным фактором. Только в силу особой обстановки во время первой мировой войны

Германия была заинтересована в сохранении греческого нейтралитета, чтобы не допустить возникновения фронта в Салоники, в остальное же время Германия имела в Греции только культурную и экономическую заинтересованность.

Поэтому роялисты искали и нашли поддержку в Англии. С этого времени в обеих греческих партиях уже стояли друг против друга не как в первую мировую войну: Германия с одной стороны и Англия и Франция — с другой, а Англия выступала против Франции. При этом Англия была более активна в поддержке роялистов, чем Франция, которая после окончания войны не была так заинтересована в Греции и не поддерживала республиканцев.

После второго изгнания Константина из Греции Англия отозвала даже своего посланника, и в течение продолжительного времени в Афинах находился только поверенный в делах. Этот шаг явился протестом против казни 5 министров. После смерти Константина в Италии претендент на корону Георг переехал в Лондон, где во время своей ссылки он жил в тесном контакте с английской королевской семьей и лондонскими политическими кругами.

Между тем в Греции после долгой внутриполитической борьбы и беспорядков победили роялисты, и король Георг возвратился в Грецию. Естественно, что король Георг опирался, в первую очередь, на старую роялистскую партию, которая требовала его возвращения и в которой осталось еще много старых членов со времени его отца.

Большое влияние приобрел руководитель роялистской партии, бывший начальник штаба при Константине — Метаксас. Его авторитет основывался, главным образом, на том, что он как единственный из руководящих сторонников Константина отказался после возвращения его в 1920 году в Грецию принять какой-либо пост и нести ответственность за войну с Малой Азией, которую он считал, как и сам король, с самого начала роковой для Греции. Он остался верен политике Константина, когда сам король, будучи вынужден обстоятельствами, изменил своей политике. ;

Греческая внешняя политика определялась стремлением сохранить Грецию в границах 1919 года, избежать конфликтов и для отпора возможной агрессии искать поддержки у великой державы.

Политика Венезелоса и Политиса, которые хотели завоевать побережье Малой Азии, но и старались сделать из Греции влиятельную страну в международной политике и, особенно, в Лиге Наций (Греция являлась одним из первых членов Лиги Наций), не нашла отклика в греческом народе, который был достаточно умен, чтобы после неудач малоазиатского приключения делать попытки выступить против Турции, что было не под силу Греции.

Ввиду того, что, несмотря на продолжительное турецкое господство, между греками и турками не было действительной дружбы, вскоре все же удалось восстановить дружественные отношения между обеими странами, которые затем выразились в общей политике Балканского союза, о чем будет сказано ниже.

Труднее обстояло дело для Греции в отношении с Болгарией. Между Грецией и Болгарией существует глубокая вражда, которая часто выливается в личную ненависть. Греки упрекают болгар, главным образом, в жестокости по отношению к греческому населению в находящихся под господством болгар или в оккупированных ими областях.

Кроме того, болгары среди своих требований ревизии договора Нейлли, в первую очередь выдвигают требование о возвращении Болгарии отошедшей по этому договору к Греции Западной Фракии. К тому же стремления Болгарии распространяются на вышеупомянутую Восточную Македонию, а крайние болгарские националисты требовали для Болгарии даже Салоники. При таком положении вещей отражение возможной агрессии со стороны Болгарии являлось одной из наиболее важных забот греческой внешней политики.

Отношения с Югославией продолжительное время были омрачены известным недоверием в связи с вопросом о Салониках. Греки всегда подозревали, что югославы используют какую-нибудь возможность, чтобы забрать Салоники себе и получить на юге выход к морю. Эта забота еще больше увеличилась после балканских войн, когда Сербия в то время не имела выхода к морю.

Особенно же Греция была озабочена тем, что Югославия и Болгария, несмотря на существующие между ними противоречия из-за Македонии, все же могут договориться между собой и выступить против Греции. В таком случае Югославия заберет себе Салоники, а Болгария Восточную Македонию и Западную Фракию. Частые трения возникали из-за переговоров с югославским транзитом сообщения через Салоники и организации югославской зоны вольной гавани.

Взаимоотношения между Грецией и Италией были всегда плохие. Греки были очень обижены на итальянцев за то, что они в 1912 году забрали у Турции заселенные греками Додеканезские острова. Вполне возможно, что Греция получила бы эти острова после первой мировой войны, если бы они находились в руках Турции.

Кроме того, греки боялись итальянских притязаний на семь Ионических островов. Занятие Италией о. Корфу, который затем был освобожден только под давлением Лиги Наций, доказало, что эти греческие опасения обоснованны.

Греция искала безопасности от этих вышеупомянутых внешнеполитических угроз в политике Балканского союза и далее в сотрудничестве с Англией. Предпосылками для Балканского союза являлось налаживание отношений между Грецией и Турцией. Греция видела в Балканском союзе, в первую очередь, гарантию от болгарских притязаний и для сохранения статус-кво на Балканах.

Далее, она надеялась благодаря принадлежности к Балканскому союзу улучшить взаимоотношения с Югославией. Кроме того, греческое правительство предполагало, что эта общая принадлежность к Балканскому союзу сделает невозможным или очень затруднит югославо-болгарское сотрудничество за счет Греции.

Однако было заметно, что и в Балканском союзе взаимоотношения между Грецией и Югославией не были так близки, как с Румынией и Турцией. В отношении Турции это выразилось внешне в заключении специального соглашения наряду с Балканским союзом.

Сотрудничество с Англией выразилось в позиции Англии к внутриполитическому развитию в Греции и в поддержке роялистов, о чем говорилось ранее. Далее оно выразилось в том, что греческое правительство смотрело на Англию как на самую сильную державу в восточной части Средиземного моря, которая может обуздать итальянские притязания. Особенно в Греции надеялись на то, что Англия категорически выступит против итальянских попыток присоединить к себе Ионические острова, так как они были «подарены» Греции Англией в 1863 году при вступлении на трон короля Георга*1, отца Константина.

Король Георг после своего возвращения в Грецию и до 1941 года имел решающее влияние на внешнюю политику Греции. Его хорошие взаимоотношения с Лондоном, установившиеся еще во время ссылки, улучшились еще благодаря тому, что его кузина Марина*2, дочь принца Андрея*3 — брата короля Константина, вышла замуж за брата английского короля Георга — герцога Кент*4 (одна сестра герцогини Кент — принцесса Ольга*5, является женой бывшего принца — регента Югославии — принца Павла).

Очень оживленные культурные и хозяйственные взаимоотношения существовали до 1940 года с Германией. Во внешней торговле Греции Германия занимала первое место и являлась главным потребителем греческого экспорта, как-то: табака и изюма.

Германия же, как и прежде, не имела в Греции политических интересов, и король Георг при своей исключительной ориентировке на Англию не придавал значения расширению политических взаимоотношений с Германией. К этому прибавлялось еще то, что с 1936 года сближение между Германией и Италией заставило греческое правительство, несмотря на все прочие симпатии греческого народа к Германии, в политическом отношении проявлять определенную сдержанность к Германии. Так, например, в Берлин ни разу не выезжал кто-либо из официальных государственных деятелей Греции.

0 взаимоотношениях с Советским Союзом мне неизвестны подробности. Греческая политика производила впечатление, что она ограничивается Балканским союзом и сотрудничеством с Англией, а с другими европейскими державами для нее было достаточно сохранить корректные отношения и, по возможности, интенсивную экономическую связь.

Занятие Италией Албании в марте 1939 года вызвало в Греции большое беспокойство, также как и временное пребывание итальянцев Албании во время и после первой мировой войны. Италия являлась последним государством, которое греки желали бы иметь в качестве своего соседа на сво.ей северной границе. Нападение Италии на Грецию осенью 1940 года показало, насколько справедливы были эти греческие опасения.

После начала войны в 1939 году Греция придерживалась по отношению к Германии корректной, нейтральной позиции. Она сохранила торговую связь с Германией согласно нейтралитету примерно в рамках довоенного времени. С германской стороны в первые годы войны в отношении позиции Греции не было никаких жалоб. Неожиданное нападение Италии на Грецию последовало без ведома германского правительства. Гитлер узнал об этом из специального выпуска газеты на вокзале в Болоньи, когда он направлялся к Муссолини во Флоренцию.

Вначале дипломатические отношения между Германией и Грецией не были прекращены, и германский посол фон Эрбах*6 еще оставался в течение нескольких месяцев в Афинах. Я никогда не поддерживал итальянских мотивов, послуживших для нападения на Грецию, которые сводились к тому, что, якобы, Греция снабжала горючим английские суда и, особенно, подводные лодки, заходившие в греческие порты.

Греки известны как хорошие коммерсанты и, возможно, что в некоторых случаях отдельные греки тайно за хорошую плату сбывали нефть или другие вещи мелким английским военным судам, заходившим в порты уединенных островов.

Я считаю совершенно невозможным, чтобы опытный премьер-министр Метаксас мог поставить на карту плоды долголетней, острожной политики Греции, допустив открытое нарушение нейтралитета со стороны правительства. Сам король Георг, несмотря на всю симпатию к Англии, имея поблизости Мальту и Египет, мог прекрасно обойтись без подобного рода поддержки со стороны Греции.

Мне неизвестно, являлось ли важным при вынесении Гитлером решения весной 1941 года о занятии Греции обстоятельство, что Гитлер опасался возникновения нового фронта в Салоники, как это имело место в первую мировую войну, или то соображение, что нельзя больше давать возможности продолжаться явным неудачам итальянского союзника по отношению к маленькой греческой армии.

Во всяком случае, поступок Гитлера по отношению к Греции, хотя он и был вызван нападением Италии на Грецию без ведома и согласия Германии, являлся несправедливостью перед греческим народом.

КЛОДИУС

Перевела: оперуполномоченный] 4 отдела 3 Главного управления контрразведки МГБ СССР ст[арший] лейтенант СТЕСНОВА

 

Примечания:

* Речь идет о Георге V, короле Великобритании.

* Речь идет о Марине, принцессе Греческой и Датской.

*3 Речь идет об Андрее, принце Греческом и Датском.

*4 Речь идет о Георге, принце Великобритании, герцоге Кентском.

*5 Речь идет об Ольге, принцессе Греческой и Датской.

*6 Так в документе, речь идет о немецком дипломате Викторе Принце цу Эрбах-Шёнберге.

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.