2. Краткий обзор строительства Вооруженных сил СССР в 1-м полугодии 1941 г., основы их стратегического развертывания и состав, военно-административное деление территории страны в июне 1941 г.

К 22 июня 1941 г. Вооруженные силы (ВС) СССР состояли из Сухопутных войск (79,3%), ВВС (11,5%), ПВО (3,4%) и ВМФ (5,6%). Народный комиссариат обороны осуществлял руководство Сухопутными войсками, ВВС, ПВО (прил. 2.1). Народный комиссариат Военно-морского флота руководил ВМФ. Кроме того, вооруженные формирования имели наркоматы: внутренних дел, госбезопасности, путей сообщения. Генеральный штаб Вооруженных сил призван был осуществлять координацию всех мероприятий по укреплению обороноспособности страны.

Организационно вся территория страны была разбита на 16 военных округов и Дальневосточный фронт. Всего в ВС СССР имелось: 9 полевых управлений фронтов, в том числе 5 на западной границе; 16 управлений военных округов; 29 полевых управлений армий (прил. 2.2-3). Из этого числа 6 управлений округов (Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского, Закавказского, Забайкальского) выделяли полевые управления соответствующих фронтов (Северного — с 24.06.41, Северо-Западного, Западного, Юго-Западного — с 21.06.41, Закавказского — с 23.08.41, Забайкальского — с 15.09.41), Московский округ выделял управление Южного фронта (с 21.06). Армейские полевые управления (9, 18, 19, 20, 21, 22, 24, 28-й) выделяли остальные округа — Одесский, Харьковский, Северо-Кавказский, Орловский, Приволжский, Уральский, Сибирский и Архангельский соответственно, практически полностью включая в себя руководящий состав этих округов, и к 22 июня лишь управление 28-й армии не закончило укомплектование. Среднеазиатский округ в августе 1941 г. выделил управление 53-й Отдельной армии. Кроме того, Главное управление оперативных войск НКВД в середине июня приступило к формированию управления 29-й армии (с началом войны на его доукомплектование было обращено управление 30-го стрелкового корпуса).

Как правило, все находившиеся на территории округа воинские формирования, кроме войск НКВД, НКГБ и ВМФ, подчинялись командующему округом, но в связи с началом выдвижения ряда армий (16, 19, 21, 22-й) к западной границе часть воинских формирований была переподчинена командующим этих армий. Например, 46-ю дивизию Сибирского округа переподчинили командиру 32-го стрелкового корпуса 16-й армии, 25-й и 67-й стрелковые корпуса ХВО — командующему 19-й армии СКВО и т. д. Кроме того, армии РГК, остающиеся в пунктах постоянной дислокации на момент начала войны (20, 24, 28-я), по мере выдвижения включали в свой состав часть соединений, находящихся на территории других округов. Поэтому и возникло некоторое несоответствие в боевом составе и дислокации ряда армий местам дислокации некоторым подчиненным им соединениям (прил. 1.4). Всего для перевозки войск намечалось выделить 939 эшелонов, но из них к началу войны прибыло в назначенные районы лишь 83, 455 находились в пути, 401 (9 дивизий) еще не грузились. Перевозки осуществлялись скрытно, по графикам мирного времени, поэтому сроки сосредоточения (22 мая — 10 июля) были большими.

Состав округов, как и армий, существенно различался в зависимости от возлагаемых на них задач. Так, 9-я армия ОДВО имела 15 дивизий (7 стрелковых, 4 танковых, 2 моторизованные, 2 кавалерийские) и 6 УР, а 14-я ЛВО — лишь 4 стрелковые дивизии и 1 УР. Нумерация армий почти соответствовала их количеству, причем управления 13-й и 29-й армий были вообще без войск, а полевое управление 18-й развернулось с началом войны с включением с 25 июня в свой состав части войск ЮЗФ (17, 55-й стрелковые, 16-й механизированный корпуса, 10-й и 12-й УР), которые образовали наряду с 9-й армией Южный фронт.

Всего намечалось развернуть, согласно планам прикрытия госграницы, в западной части страны Первый и Второй стратегические эшелоны. В 1-й эшелон включались все армии прикрытия (18) и резервы приграничных округов, в том числе 18, 20, 21-я армии из Харьковского, Орловского и Приволжского округов, во 2-й — 6 армий РГК (16, 19, 22, 24, 28, 29-я) с частями усиления. Почти все армии прикрытия образовывали районы прикрытия, которые делились на участки, нарезаемые для корпусов, и подучастки — для дивизий, исходя из конкретных условий. В планах прикрытия на прибрежных участках предусматривалось использовать и береговые части ВМФ, а пограничные войска НКВД — на всем протяжении западной границы. Так, в ЛВО окружным планом прикрытия было предусмотрено 5 районов прикрытия (РП): РП-1 должна была занимать 14-я армия с береговыми частями Северного флота и 5 погранотрядами, РП-2 — 7-я армия, РП-3 — 23-я армия, РП-4 и 5 — 65-й стрелковый корпус, 8-я стрелковая бригада и части Балтийского флота. ПОВО имел 3 РП, ЗОВО и КОВО — по 4 РП, ОДВО — 2 на границе и 2 на прикрытии побережья от Одессы до Керчи, для чего в Крым в мае были передислоцированы управление 9-го стрелкового корпуса СКВО, 106-я стрелковая и 32-я кавалерийская дивизии КОВО. Для охраны Беломорского побережья выделялась 88-я стрелковая дивизия, кавказского Причерноморья — 157-я.

В Закавказье, Туркестане, Забайкалье, Монголии и на Дальнем Востоке основное внимание уделялось совершенствованию оборонительных сооружений, прикрытию наиболее угрожаемых направлений при возможных крупномасштабных провокациях, боевой учебе. Новых формирований здесь было создано немного, и основной упор делался на закаленные в боях 1938-1940 гг. соединения и части, хотя ЗКВО и значительно усилился летом 1940 г. за счет войск других округов. С Дальнего Востока и из Забайкалья, наоборот, произошел отток некоторой части войск, но практически все кадровые и «понюхавшие пороху» дивизии, такие как 22, 32, 36, 39, 40, 57, 82, 114-я, остались на месте. В первой половине 1941 г. была сформирована лишь одна армия — 25-я (на базе управления расформированного 43-го стрелкового корпуса). Но зато переброшены на запад управления 16-й армии, 31, 32-го стрелковых корпусов, 5-й механизированный корпус в полном составе, 57, 59-я танковые, 152-я стрелковая дивизии, 211-я и 212-я воздушно-десантные бригады и некоторые другие части.

Остальные округа (УВО, СБВО, СКВО, ПВВО, АВО) при выдвижении дислоцированных в них соединений в приграничные округа оставались практически без войск и должны были выполнять функцию создания резервов. МВО, ОРВО, ХВО принимали на своей территории, на место выдвинутых соединений, соединения Второго стратегического эшелона. В этих же округах была сосредоточена основная масса вузов, резервных и запасных частей.

Прикрытие стратегического развертывания планировалось двумя основными способами боевых действий войск: в западных округах путем активной обороны с последующим переходом в наступление на центральном участке и ведением активной обороны на широком фронте на севере и юге. Замысел был неплохой, но до его реализации дело не дошло. Планы прикрытия всех округов, помимо того что не были завершены, еще слабо отражали действительную ситуацию и размещение своих войск и войск противника, были громоздкими, сроки указывались нереальные, отрицательно сказывались чрезмерная централизация и резкое ограничение круга допущенных к разработке планов лиц, когда вышестоящие штабы определяли задачи войскам на 2-3 ступени ниже, испытывая недоверие к нижестоящим штабам. По существу, утвержденного общего плана прикрытия границы так и не получилось, поскольку окружные планы поступили в Генштаб лишь к 20 июня, но практически все армейские планы были готовы, и они-то и были приведены в действие с началом войны, хотя и не в полном объеме.

Примерно то же произошло и с мобилизационными планами развертывания войск. Хотя в основу принятого в феврале 1941 г. мобилизационного плана МП-41 и был положен принцип реальности, но времени для его качественной разработки в войсках оказалось явно недостаточно. В период с мая 40-го по июнь 41-го планы кардинально перерабатывались 4 раза, хотя практически для качественной отработки одного требовалось не менее 9 месяцев. По этому плану численность Вооруженных сил должна была составить 8,9 млн человек, 32 628 самолетов (из них 22 171 боевых), 106 тыс. орудий и минометов, 37 тыс. танков, 10 679 бронеавтомобилей, 91 тыс. тракторов, 595 тыс. автомобилей. Фактически обеспечить выполнение этих цифр можно было лишь по людям и орудиям, остальное вооружение изначально оставалось в некомплекте. Так, укомплектованность танками и боевыми самолетами, с учетом их выпуска промышленностью, на конец 41-го могла составить лишь 71 и 67% соответственно. Особенно удручающим было положение с автотранспортом. Из планируемых к подаче по мобилизации в Вооруженные силы из народного хозяйства 447 тыс. автомобилей, 50 тыс. тракторов и 54 тыс. мотоциклов 205 тыс. автомобилей и 21 тыс. тракторов были технически непригодны и фактически с началом войны в войска было подано 244 тыс. автомобилей и 42 тыс. тракторов. Людские же ресурсы полностью покрывали потребность, но качество их было невысоким, поскольку не хватало некоторых специалистов на должностях, определяющих боеспособность частей. Так, в избытке было пехотинцев и кавалеристов, достаточно артиллеристов, но остро не хватало танкистов, специалистов связи, ремонта и обслуживания самолетов, танков и артиллерийских систем, артиллеристов зенитной и противотанковой артиллерии и некоторых других. В ВМФ положение было несколько лучше, но и там недоставало специалис-тов-подводников и обслуживания. Сроки полной готовности определялись для 172 дивизий — на 2-4-е сутки, для 60 — на 4-5-е сутки, для 61 — на 8-10-е сутки, части тыла и вузы — на 8-15-е сутки. Завершить полное отмобилизование Вооруженных сил планировалось к исходу 30-х суток.

Свою негативную лепту внесло и то обстоятельство, что большое количество воинских частей из-за отсутствия достаточного количества аэродромов, казарменного фонда располагались скученно, порой по несколько крупных частей в одном городке и для их выхода требовалось больше времени, а плохое состояние дорожной сети и отсутствие дорог и мостов достаточной грузоподъемности в приграничных районах делали плановый выход и сосредоточение частей в намеченных районах достаточно проблематичным. Многие командиры проживали на частных квартирах и стали жертвами бомбежек, артобстрелов и диверсантов, не успев добраться до своих частей. Большинство штабов, казарм, парковых сооружений, складов и других служебных помещений были чрезвычайно пожароопасными, поскольку являлись деревянными, и это обстоятельство тоже внесло определенную лепту в общую сумму тяжелых потерь. Например, 86-я стрелковая дивизия, попавшая под первый сильный удар 3-й немецкой танковой группы, в первые часы лишилась из-за пожара не только штаба со всей документацией и связью, но и боевого знамени дивизии и уже к 27 июня перестала существовать как боевое соединение.

К негативным обстоятельствам можно отнести и тот факт, что войска оказались практически не готовы как психологически, так и технически к той войне, которую развернули в последние мирные и первые военные часы вражеские диверсанты. Уничтожение узлов и линий связи, мостов и складов, командного состава внесло определенную долю паники и дезорганизации в управление войсками, сбор частей и их выход в районы сосредоточения. Войска НКВД и милиция в этой ситуации не смогли оказать достаточного противодействия тактике диверсантов и помочь армейским частям. Диверсантам, как ни странно, в уничтожении командного состава оказали определенную услугу центральные и армейские газеты, печатавшие портреты командиров и политработников, облегчившие бандитам их опознание.

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.