8. Военно-морской флот СССР накануне войны.

Программа строительства ВМФ, заложенная в пятилетнем плане (1938-1942 гг.), предусматривала значительное увеличение удельного веса крупных надводных кораблей, но время внесло свои коррективы. Так, наиболее бурно велось строительство подводных лодок, эсминцев, тральщиков, торпедных катеров, а строительство линкоров и крейсеров резко сократилось или было прекращено вовсе, хотя потребность в их обновлении назрела, поскольку все 3 линкора и 3 крейсера из 7 были спущены на воду еще до революции. Так, было прекращено строительство линкоров «Советский Союз», «Советская Россия», «Советская Украина», лидера «Советская Белоруссия» и ряда других. Строились тяжелые крейсеры «Кронштадт», «Севастополь», достраивался закупленный в Германии «Петропавловск» (бывший «Лютцов», который так никогда и не вошел в состав флота). Всего в постройке находилось 219 судов (в том числе 14 линкоров и крейсеров, 2 лидера, 91 подводная лодка, 45 эсминцев, 19 сторожевиков, 20 тральщиков), из которых около 60 было введено в строй в первом полугодии 41-го. Большинство судов достраивались уже в ходе войны, часть из них так и не приняли участие в боевых действиях (крейсеры «Калинин», «Каганович», эсминцы «Огневой», «Редкий», «Резвый» и другие), а некоторые так никогда и не были введены в строй. В первую очередь это касается крейсеров и эсминцев. К началу войны 70% кораблей флота были старой постройки. На флотах отсутствовали современные тральщики, предназначенные для борьбы с неконтактными минами, минные заградители специальной постройки, десантные средства. Остро не хватало даже в мирное время вспомогательных судов — буксиров, танкеров, плавучих госпиталей и мастерских, водоналивных и других судов, которые практически не строили, а имевшиеся находились в плачевном состоянии, что вело к снижению боеготовности флота в целом. Для проведения десантных операций намечалось использовать боевые корабли и суда гражданского морского флота, поставляемые по мобилизации, поскольку отсутствовали специализированные десантные средства.

Военно-морской флот страны имел оперативные объединения в составе 4 флотов и 5 флотилий общим количеством 878 боевых единиц плавсредств и 2 665 самолетов (из них 116 неисправных) (прил. 8.1-2). Кроме того, имелись одна бригада морской пехоты (1-я полковника Т. М. Парафило) в составе 5 батальонов на Балтике и 260 артиллерийских батарей береговой обороны. Все боевые корабли были полностью укомплектованы личным составом, а ВМБ, части авиации, береговой обороны и тыла содержались по штатам мирного времени. Две флотилии подчинялись флотам (Дунайская — КЧФ, Северо-Тихоокеанская — ТОФ), а Пинская (созданная на базе Днепровской), Каспийская и Амурская — штабу ВМФ. Надводные корабли объединялись в эскадры, отряды, бригады и дивизионы различного назначения, а подводные лодки — в 10 бригад. Командный состав флота на протяжении всей войны оставался практически неизменным (прил. 6.3). Его профессиональная подготовка, несмотря на понесенные за время репрессий потери, была сравнительно неплохой, как и личного состава флота в целом, хотя и здесь имелись существенные недоработки. Так, на флотах не было оборудовано защищенных командных пунктов, что негативно сказывалось на организации управления, не было налажено четкое взаимодействие между различными флотскими формированиями и с Сухопутными войсками. По замыслам командования, основной упор при ведении боевых действий флот должен был сделать на установку минных заграждений на подступах к ВМБ и побережьям, чему и было уделено необоснованно повышенное внимание при отсутствии серьезных угроз им со стороны тяжелых надводных кораблей противника. На защиту же своих морских коммуникаций обращалось слабое внимание, что явилось причиной серьезных потерь. На эффективную противолодочную оборону существенно влияло отсутствие современных средств гидроакустики, а на противоминную — неконтактных тралов.

В предвоенный период морской авиации отводилась вспомогательная роль, что являлось весьма ошибочным, поэтому она имела на вооружении самолеты старых систем, новые исчислялись единицами, и объединялась в 9 бригад (по 2-3 полка или эскадрильи), отдельные полки и эскадрильи различного предназначения — истребительные, бомбардировочные, минно-торпедные, разведывательные и смешанные. Например, 10-я истребительная авиабригада состояла из 13-го и 71-го истребительных авиаполков, а 61-я — из истребительных 5-го авиаполка, 12-й и 13-й эскадрилий. Нумерация авиаполков и эскадрилий была произвольной — с 1-й по 130-й, иногда с повторением номеров и с большим количеством пропусков.

ПВО военно-морских баз была возложена на ПВО флотов, имевшую в своем составе 9 полков и 22 дивизиона, но обеспечить надежную охрану имевшимися силами и средствами было невозможно, поскольку ПВО флота страдала теми же недостатками, что и ПВО страны. ПВО кораблей старой постройки была очень слабой, да и на новых она оставляла желать лучшего.

В лучшем состоянии находилась береговая оборона, строительство которой практически было завершено, за исключением Прибалтийского сектора, но ее существенным недостатком являлась неготовность к обороне районов и баз с суши. Ее вооружение составляли мощные орудийные башни калибра до 305-мм, железнодорожные артиллерийские батареи, зенитные средства, но не хватало стрелковых подразделений, не было организовано взаимодействие с сухопутными частями Красной армии. Все это негативно отразилось на последующих событиях.

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.