Свод сведений о снабжении армии полевою артиллериею и выводов из этих сведений

Реквизиты
Тип документа: 
Государство: 
Датировка: 
1916
Период: 
1907-1916
Источник: 
Военная промышленность России в начале XX века 1900-1917. Сборник документов. “Новый хронограф” М. 2004, стр. 733-744.
Архив: 
РГВИА. Ф. 962. Оп. 2. Д. 128. Л. 1-11 об.

Настоящая война обнаружила в нашей армии значительную недостаточность полевой артиллерии по сравнению с полевою артиллериею нашего главного противника — Германии.

Выяснению причин этого явления необходимо предпослать краткие сведения о том, на чьей обязанности лежали заботы по обеспечению нашей армии полевою артиллериею.

Первоначально все дела по организации, мобилизации и инспектированию артиллерийских частей, а равно по снабжению их материальною частью лежали на обязанности Главного артиллерийского управления, во главе которого стоял его императорское высочество, августейший генерал-фельдцейхмейстер, великий князь Михаил Николаевич.

Приказом по военному ведомству от 7 сентября 1904 г. за № 535 объявлено высочайшее повеление об учреждении должности инспектора всей артиллерии с предоставлением назначаемому на эту должность его императорскому высочеству великому князю Сергею Михайловичу права во время отсутствия августейшего генерал-фельдцейхмейстера исполнять его обязанности.

Приказом по военному ведомству от 2 июля 1905 г. за № 456 было объявлено высочайшее повеление об учреждении должности генерал-инспектора артиллерии с присвоением генерал-инспектору артиллерии прав и обязанностей, определенных приказом 1904 г. за № 535. Вместе с тем упразднялась должность инспектора всей артиллерии.

Приказом по военному ведомству от 31 декабря 1908 г. за № 587 объявлено было высочайшее повеление об учреждении должности начальника Главного артиллерийского управления, в ведение которого отошли дела организационные и хозяйственные, а в ведении генерал-инспектора артиллерии остались дела по инспектированию строевых артиллерийских частей; за генерал-фельдцейхмейстером сохранялось высшее почетное звание в артиллерии. Такое положение существовало до 1910 г. Как видно из имеющейся в делах Верховной комиссии «Исторической справки об образовании и штатных изменениях в Главном артиллерийском управлении», приложенной к представлению в Военный совет, от 31 мая 1913 г. за № 27763 по Главному артиллерийскому управлению, при общей реорганизации центрального военного управления в 1910 г. из ведения Главного артиллерийского управления изъяты были дела по организации и мобилизации строевых артиллерийских частей и переданы в Главный штаб и в Главное управление Генерального штаба. В ведении Главного артиллерийского управления остались дела по личному составу и организации самого Главного артиллерийского управления и непосредственно подведомственных ему управлений, учреждений и заведений, а также дела по формированию в военное время учреждений и заведений артиллерийского ведомства и их управлений (местные и подвижные починочные мастерские, склады огнестрельных припасов и проч.).

В остальном круг ведения и обязанности Главного артиллерийского управления остались без изменения. Они сводились главным образом к обеспечению артиллерии материальною частью.

Одновременно с сим подверглось изменению и Положение о генерал-инспекторе артиллерии.

По Положению 1908 г., генерал-инспектор артиллерии имел право личного всеподданнейшего доклада. По измененному 1 декабря 1910 г. Положению, генерал-инспектор артиллерии не имеет этого права; он может инспектировать артиллерийские строевые части лишь по указанию военного министра.

Таким образом, в 1910 г. вся полнота власти по военному ведомству сосредоточивается в лице военного министра, которому также подчиняется и начальник Генерального штаба.

Организация 1910 г.

Состав нашей полевой артиллерии, численность ее батарей и количество орудий, с коими она должна была выступить в настоящую войну, были определены высочайше утвержденною 16 мая 1910 г. «Новою организациею полевой артиллерии» и составленным Главным управлением Генерального штаба, согласно этой организации, мобилизационным расписанием, которое сохраняло силу по 1 сентября 1914 г.

Согласно вышеупомянутой организации наша полевая артиллерия подразделяется на легкую, горную, мортирную и тяжелую.

Численность батарей и орудий нашей полевой артиллерии

Как видно из доклада военному министру по Главному артиллерийскому управлению от 12 мая 1910 г. за № 700 по поводу недостатка материальной части для обеспечения полевой артиллерии, в мобилизационное расписание 1910 г., составленное согласно вышеупомянутой организации, включено, не считая конных и казачьих батарей: 684 полевых легких батареи (442 действующих, 210 второочередных, формируемых при мобилизации, и 32 запасных), 45 ¼ горной батареи (42 действующих, 1 второочередная и 2 ¼ запасной), 85 1/3 мортирной батареи (74 действующих, 9 второочередных и 2 ⅓ запасной) и 60 полевых тяжелых батарей (в мирное время 24 полевых тяжелых батареи).

Как следует из того же доклада военному министру, по существовавшей до 1910 г. организации полевой артиллерии, обеспечены были орудиями с прочею материальною к ним частью: 683 полевых легких батареи, 39 горных, в том числе 13 батарей с горными пушками совершенно устаревшего образца 1883 г., и 29 мортирных батарей, из коих 5 батарей имели на вооружении 6‑дм мортиры устаревшего образца, а остальные 24 батареи были снабжены гаубицами опытных образцов заводов Круппа (8 батарей) и 48‑лин. гаубицами — Обуховского (8 батарей) и Путиловского (8 батарей), из коих в особенности последние были признаны военным ведомством совершенно не отвечающими своему назначению. Полевой тяжелой артиллерии, сколько-нибудь организованной и отвечавшей современным требованиям совсем не имелось.

Для вооружения включенных в мобилизационное расписание 1910 г. пеших батарей необходимо было иметь следующее количество орудий:

а) для 684 полевых легких батарей — 5472 3‑дм скорострельные пушки;

б) для 45 ¼ пешей горной батареи — 362 горные скорострельные пушки образцов 1904 и 1909 гг.;

в) для 85 ⅓ мортирной батареи — 512 орудий, из них 476 48‑лин. гаубиц образца 1909 г. и 36 12‑сант. гаубиц Круппа;

г) для 60 батарей полевой тяжелой артиллерии — 240 орудий; для 41 батареи — 164 6‑дм полевых гаубиц и для 19 батарей — 76 42‑лин. скорострельных пушек.

Всего для вооружения 874+¼+⅓ вышеназванных батарей требовалось 6586 орудий.

Для определения же общего потребного числа батарей и количества орудий в нашей армии необходимо еще принять в расчет те батареи, которых не коснулась организация 1910 г., а именно: а) 72 конных батареи 6‑орудийного состава, 7 конно-горных батарей 6‑орудийного состава и 5 батарей Заамурского округа пограничной стражи 4‑орудийного состава, всего — 84 батареи при 494 3‑дм орудиях, и б) 1 батарею офицерской артиллерийской школы в 8 орудий.

Следовательно, наша армия к возникновению войны должна была располагать 874+¼+⅓ пешими батареями при 6594 орудиях и 84 конными и конно-горными батареями при 494 орудиях. Итого 959+¼+⅓ батарей при 7088 орудиях.

Запасы военного времени

Сверх того, как видно из имеющегося в делах Верховной комиссии журнала образованной в 1910 г. при Главном управлении Генерального штаба комиссии под председательством 1‑го обер-квартирмейстера Генерального штаба генерал-майора Обручева, о распределении артиллерийских запасов, исчисленных по новым нормам, количество запасов военного времени было определено следующим образом:

а) 15 % запас 3‑дм скорострельных пушек легких и конных
842 пушки
б) 15 % запас 48‑лин. гаубиц
74 гаубицы
в) 15 % запас 3‑дм горных пушек
57 пушек
г) 10 % запас 6‑дм гаубиц
16 гаубиц
д) 10 % запас 42‑лин. пушек
8 пушек

Итого в запасах военного времени должно было состоять 997 орудий.

Из вышеприведенных данных видно, что для осуществления мобилизационного расписания 1910 г. требовалось восполнение значительного числа недостающих орудий и прочей материальной части, не хватавших как для новых формирований и для перевооружения уже существовавших артиллерийских частей, имевших на вооружении устаревшие орудия, так равно и для запасов военного времени.

Часть недостававших орудий должна была быть восполнена за счет заказов, данных Главным артиллерийским управлением еще в 1909 г. после того, как были предрешены некоторые из формирований, включенных впоследствии в мобилизационное расписание 1910 г.

Для полного удовлетворения вышеозначенной потребности в орудиях ГАУ в течение 1910 г., испросив по частям путем отдельных представлений разрешение Военного совета на изготовление нехватавшего количества орудий и прочей материальной части, дало ряд соответствующих заказов как казенным, так и частным заводам.

Заказы эти, как видно из осмотра дел Главного артиллерийского управления, хотя и с запозданием в отдельных случаях, были выполнены заводами к началу войны, за исключением нарядов, данных Петроградскому орудийному заводу на 55 горных пушек образца 1909 г. и 192 48‑лин. гаубиц образца 1909 г. и Киевскому арсеналу на 62 лафета к 55 горным пушкам.

Эти последние наряды не были исполнены к началу войны, вследствие чего некоторые горные и мортирные батареи выступили на войну с несоответствующими орудиями.

Условия, в коих должны были выполняться эти последние наряды, были таковы:

Петроградский орудийный завод обязан был поставить 55 вышеуказанных горных пушек из изготовленных Пермским заводом поковок в срок, который был определен самим Петроградским заводом в отношении его в ГАУ от 9 апреля 1910 г. за № 2625, по следующему расчету: на подготовительные работы по установке производства требовался один год и на изготовление 55 пушек — 6 месяцев.

Наряд был дан 11 июня 1910 г. и окончен 16 сентября 1914 г. и выполнен, таким образом, с опозданием на один год и девять месяцев.

К началу войны оставались не изготовленными 22 пушки.

Течение сроков на наряд, данный Киевскому арсеналу на изготовление 62 лафетов к вышеозначенным 55 горным пушкам, определено было Главным артиллерийским управлением с 12 марта 1910 г., т. е., со времени получения заводом чертежей; срок окончания определен был не позднее 24 месяцев.

Весь наряд был окончен 15 сентября 1914 г., т. е. с опозданием на 2 года и 6 месяцев.

Исполнение наряда, данного Главным артиллерийским управлением Петроградскому орудийному заводу на изготовление 192 48‑лин. гаубиц образца 1909 г., находилось в зависимости от постепенной поставки Пермским заводом поковок для 192 48‑лин. гаубиц; поставка поковок на Петроградский орудийный завод была выполнена к марту 1912 г. лишь с незначительным отступлением от частичных сроков; чертежи были предъявлены Петроградскому орудийному заводу в октябре 1910 г.; с этого времени начиналось течение сроков; срок окончания наряда определен был через 20 месяцев, т. е. в июне 1912 г. В действительности весь наряд был окончен 11 октября 1914 г., т. е. с запозданием на 2 года и 4 месяца.

К началу войны остались не изготовленными 28 гаубиц.

Недостаточность артиллерийского имущества

Другие обстоятельства, касающиеся несвоевременного и недостаточного пополнения запасов воинского снабжения армии, обнаруженные в связи с мобилизациею 1914 г., относятся к снабжению частей полевой артиллерии артиллерийским имуществом.

В этом отношении из дела 1910 г. 1‑го отделения Мобилизационного отдела Главного управления Генерального штаба за № 54 усмотрено:

1) в Московском округе при объявлении мобилизации 1914 г., в парковых бригадах не оказалось двуколок, ввиду чего пришлось организовать перевозку на подводах средствами парков;

2) в Киевском округе 70‑я парковая артиллерийская бригада не могла быть отправлена в срок за неготовностью к перевозке вследствие недостатка артиллерийского имущества;

3) в некоторых второочередных артиллерийских бригадах обнаружены были большие пробелы конской амуниции, недостаточность артиллерийского довольствия и неисправность пушек, и

4) 29‑й артиллерийский мортирный дивизион и его парковый дивизион не могли своевременно выступить в поход за несвоевременным получением амуниции и седел, несмотря на то, что еще весною 1913 г., после произведенной мобилизации этим дивизионам, Главное управление Генерального штаба поставило в известность ГАУ о недостаче этих предметов.

Обращаясь к данным, коими располагало ГАУ об общем числе орудий, положенных и в действительности состоявших к началу войны как в батареях, так и в запасах военного времени, то данные эти, как видно из нижеприводимой таблицы от 2 марта 1916 г., составленной в мобилизационном отделении Главного артиллерийского управления, представляются в следующем виде:

Наименование орудий
Число
батарей
Число орудий в батарее
Число орудий
Положено
Состояло
I. В войсках:
3‑дм скоростр. пушки
685
8
5480
5588
3‑дм конные
72
6
432
390
3‑дм горные
57 ¼
8 в пешей и 6 в конной
424
408
48‑лин. гаубицы
85 ⅓
6
512
516
6‑дм тяжелые гаубицы
41
4
164
164
42‑лин. тяжелые пушки
19
4
76
76
Итого
959 ¼+⅓
7088
7142
II. В запасах военного времени:
3‑дм скоростр. пушки
781
677
3‑дм конные
61
17
3‑дм горные
57
32
Полевые гаубицы
74
22
6‑дм гаубицы
16
9
42‑лин. скоростр. пушки
8
4
Итого
997
761
III. В батареях Государственного ополчения:
Пушки образца 1895 года
28
8
224
125
Всего
987 ¼+⅓
8309
8028

Примечание. В таблицах, помещенных в своде сведений о снарядах на страницах 5 и 50, в рубрике 3‑дм горные пушки, по сведениям, доставленным Главным артиллерийским управлением, было указано [не 57¼, а] 61¼.

Из приведенной таблицы видно, что число состоявших в батареях к началу войны орудий превышало число положенных орудий на 54. Этот излишек падал на 3‑дм легкие пушки, но вместе с тем из той же таблицы усматривается, что к началу войны в батареях недоставало 42 конных пушки и 16 горных пушек; в числе же 516 48‑лин. гаубиц, по дополнительно полученным от Главного артиллерийского управления сведениям, состояло 18 гаубиц опытных образцов 1904 г. Обуховского и Путиловского заводов, совершенно не отвечавших своему назначению, которые должны были быть заменены 48‑лин. гаубицами 1909 г.

Благодаря такой недостаточности горных пушек и 48‑лин. гаубиц образца 1909 г., как видно из сведений, полученных из Главного артиллерийского управления, 4½ горной батареи выступили в поход с 3‑дм легкими и старого образца 1900 г., а 3 мортирные батареи с вышеуказанными гаубицами Путиловского и Обуховского заводов.

Согласно той же таблице, в запасах военного времени состояло орудий на 236 меньше, чем положено, причем не хватало орудий для всех родов полевой артиллерии, а именно:

104 3‑дм легких пушек, 44 3‑дм конных, 25 3‑дм горных, 52 полевых легких гаубиц, 7 6‑дм полевых тяжелых гаубиц и 4 42‑лин. скорострельных пушек.

Таким образом, если присоединить к числу недостающих орудий 18 гаубиц образцов Обуховского и Путиловского заводов, совершенно не отвечавших своему назначению, но вместе с тем принять во внимание излишек в 54 3‑дм пушки против положенных для полевых легких батарей, то оказывается, что в общем к началу войны не хватало 258 орудий, предназначавшихся как для действующих батарей, так и для запасов военного времени.

Обращаясь к вопросу о том, достаточным ли вообще количеством орудий располагала наша армия к началу настоящей войны, следует остановиться на численности батарей и количестве орудий, какие имели к началу войны наши западные противники, главным образом Германия.

Германия

По имеющимся в распоряжении Верховной комиссии данным Главного управления Генерального штаба¹* к 1 января 1912 г. организация и численность германской артиллерии представлялись в следующем виде:

Организация артиллерии

Вся германская артиллерия подразделяется на полевую и пешую.

Полевая артиллерия сведена в бригады; в каждой бригаде по 2 артиллерийских полка; каждый полк состоит из 2 отделений трехбатарейного состава; в каждой батарее по 6 орудий.

Пешая артиллерия сведена в бригады, состоит из 2 полков; полки подразделяются на батальоны 4‑батарейного состава. Пешая артиллерия предназначается для формирования в военное время:

а) тяжелой артиллерии полевой армии;

б) осадной артиллерии;

в) крепостной артиллерии;

г) береговой артиллерии.

Все батальоны тяжелой полевой артиллерии вооружены 15‑сантиметровыми гаубицами, 21‑сантиметровыми мортирами и 10‑сантиметровыми скорострельными пушками. Эти орудия входят также в состав вооружения осадной артиллерии.

Каждый гаубичный батальон тяжелой артиллерии состоит из 4 батарей по 4 орудия в батарее, и каждый мортирный батальон — из 2 батарей по 2 орудия в батарее.

В военное время к каждому корпусу придается по одному тяжелому гаубичному батальону; остающиеся же тяжелые гаубичные батальоны, а равно и мортирные батальоны полевой тяжелой артиллерии предназначены в распоряжение командующих армиями для решения специальных задач. Для этих же целей приспосабливаются и осадные орудия.

В 1911 г. был принят в рейхстаге закон о численности армии, который определил таковую до 31 марта 1916 г.²*

Численность артиллерии

Согласно этим данным, германская артиллерия, как полевая, так и пешая, в течение указанных пяти лет должна значительно увеличиться. Особенно должна увеличиться численность артиллерии в военное время.

По приблизительным данным, добытым Главным управлением Генерального штаба, к 1 января 1914 г. численность германской артиллерии, считая артиллерию постоянных войск, резервных, ландвера, запасных войск и ландштурма, с конными батареями, выражалась в следующих цифрах: 1151 легкая полевая батарея, 150 батарей легких гаубичных и 33 конных батареи, всего 1334 батареи при 8064 легких орудиях.

Вся тяжелая артиллерия состояла из 381 тяжелой батареи при 1396 орудиях, из них 100 батарей исключительно полевых тяжелых при 400 тяжелых орудиях; остальные 281 батарея при 934 орудиях составляют осадные формирования и проч.

Итого, по данным к 1 января 1914 г. состояло полевой артиллерии, считая и конную, но без осадной — 1434 батареи при 8464 орудиях.

До войны и во время войны шли усиленные новые формирования полевой тяжелой артиллерии, предусмотренные еще в мирное время законом 1911 г., а также формирования, вызванные обстоятельствами военного времени.

По имеющимся в Главном управлении Генерального штаба сведениям, германцы использовали для формирования частей полевой тяжелой артиллерии и осадную артиллерию, имеющую на вооружении такие же орудия, как и тяжелая полевая артиллерия.

Таким образом, с присоединением к полевой тяжелой артиллерии и осадной, германская армия располагала 171 батареей и 9398 орудиями.

Австро-Венгрия

Австро-венгерская артиллерия состоит из артиллерийских частей имперской армии, австрийского ландвера и венгерского гонведа и подразделяется на полевую, конную и тяжелую полевую артиллерию, сведенные в полки.

В состав каждого полка входят 6 пушечных и 2 легкие гаубичные батареи по 6 орудий в батарее. Тяжелые гаубичные дивизионы состоят из 2 батарей 4‑орудийного состава. Горные артиллерийские полки имеют по 5 батарей в каждом полку.

Численность артиллерии

По имеющимся в распоряжении Верховной комиссии данным Главного управления Генерального штаба к 1 января 1914 г., согласно боевого расписания на 1913 год, численность австро-венгерской артиллерии, считая и конные батареи, представлялась в следующем виде: пушечных батарей 298 при 1788 легких орудиях, гаубичных легких батарей 132 при 792 орудиях, 33 конных батареи при 132 орудиях, 42 тяжелых батареи при 168 тяжелых орудиях; горных батарей — 60 пушечных и 38 гаубичных при 240 горных пушках и 152 гаубицах. Кроме того, в австро-венгерской армии состояло 85 запасных батарей при 478 орудиях и 97 осадных батарей при 388 орудиях.

Итого по данным к 1914 г. состояло батарей 785 при 4138 орудиях.

Во время войны в австро-венгерской армии, равно как и в германской, шли новые усиленные формирования артиллерийских частей.

По сведениям Главного управления Генерального штаба, оказалось вновь сформированным к маю 1915 г., по приблизительному расчету, следующее число батарей: полевых пушечных (имперских, ландверных и гонведных) 68 батарей при 408 орудиях, горных 32 при 192 орудиях, 9 конных батарей при 54 орудиях, гаубичных 30 при 180 орудиях и тяжелых 26 при 104 орудиях, кроме того, 8 батарей 30,5‑сантиметровых гаубичных при 36 орудиях.

Итого вновь сформировано 183 батареи с 974 орудиями. Сравнивая численность нашей артиллерии в военное время с германскою артиллериею, видно, что последняя значительно превышает нашу в числе батарей и орудий. В военное время мы имели 959 батарей при 7088 орудиях, а Германия располагала 1715 батареями при 9398 орудиях, т. е. на 756 батарей или на 2310 орудий больше, чем наша армия.

Что же касается Австро-Венгрии, если присоединить к имеющимся по боевому расписанию 1913 г. 785 батареям еще сформированные к маю 1915 г. 183 батареи при 974 орудиях, по-видимому, имевшиеся в виду при составлении боевого расписания за 1914 г., то общая численность австро-венгерской артиллерии выразится числом 968 батарей при 5112 орудиях, т. е. на 9 батарей больше и на 1976 орудий меньше, чем в нашей полевой артиллерии.

Число батарей и орудий, приходящихся на пехотную дивизию — нашу, германскую и австро-венгерскую

Наглядное соотношение наших артиллерийских сил и наших противников видно из сопоставления числа батарей и орудий, приходящихся по данным 1914 г. на пехотную дивизию при двухдивизионном составе корпуса.

Ко времени войны в нашей армии на каждую пехотную дивизию полагалась артиллерийская бригада, состоявшая из 6 легких батарей по 8 орудий в каждой и одной мортирной батареи, вооруженной 6 легкими гаубицами, итого 7 батарей при 54 орудиях.

В Германии на пехотную дивизию приходилась артиллерийская бригада из 12 полевых легких батарей, в числе их 1½ легкой гаубичной батареи по 6 орудий в батарее и 2 полевые тяжелые гаубичные батареи 4‑орудийного состава, итого 14 батарей при 80 орудиях.

В Австро-Венгрии на каждую пехотную дивизию приходилось 6 пушечных батарей по 6 пушек в батарее, 2 гаубичные батареи по 6 легких гаубиц в батарее, 1 батарея из 4 тяжелых гаубиц и ½ горной батареи при 2 орудиях, итого — 9½ батареи при 54 орудиях.

Таким образом, в Германии на пехотную дивизию приходилось вдвое более батарей, чем у нас, и число орудий превышало на 26, а в Австро-Венгрии на пехотную дивизию приходилось на 2½ батареи больше, чем у нас, при тех же 54 орудиях, но с тем преимуществом, что в число этих 54 орудий входили тяжелые гаубицы.

Приведенные организация и численность полевой германской артиллерии были приблизительно такие же в 1909 г., когда закончилось перевооружение германской артиллерии.

Осведомленность Главного управления Генерального штаба о состоянии германских вооруженных сил

По имеющимся в распоряжении Верховной комиссии сведениям, наш бывший военный агент в Берлине, ныне состоящий в распоряжении Главного управления Генерального штаба, генерал-майор Михельсон еще в феврале 1908 г. доносил начальнику Генерального штаба генерал-лейтенанту Палицыну о могущественном росте германских вооруженных сил, а затем сменившему генерала Палицына генералу Сухомлинову он представил в феврале 1909 г. боевое расписание и таблицу развертывания перволинейных войск Германии при мобилизации, которая, по мнению генерал-майора Михельсона, должна была лечь в основание при соображениях о силах противника. В 1910 г. генерал-майор Михельсон представил в Главное управление Генерального штаба новое боевое расписание Германии с дополнительными сведениями о ее вооруженных силах.

Как упомянуто выше, в 1911 г. в германском рейхстаге принят был закон о новом усилении вооруженных сил Германии, по которому германская артиллерия к 1915 г. увеличивалась до размеров еще более значительных, чем это приведено выше.

Проект усиления нашей артиллерии

Что же касается вопроса об усилении нашей артиллерии, то, как это видно из представления в Государственную думу по Главному управлению Генерального штаба об отпуске средств на усовершенствование обороны государства от 20 февраля 1914 г. за № 447,

Главное управление Генерального штаба только в 1914 г. закончило разработку Большой программы усиления армии, в которой наибольшее место отводится усилению всех родов артиллерии, устарелые начала устройства которой, по объяснению Главного управления Генерального штаба, требуют коренного ее преобразования.

Предстоявшее таким образом усиление артиллерии должно было заключаться как в создании новых артиллерийских частей, так и в увеличении числа батарей и орудий в артиллерийской бригаде, что проектировали еще раньше как две Комиссии — одна в 1900 г., образованная при Главном артиллерийском управлении из представителей артиллерии и Генерального штаба, и другая в 1906 г. под председательством его императорского высочества августейшего генерал-инспектора артиллерии, так равно в 1909 г. Мобилизационный комитет, образованный при Главном штабе для разработки проекта преобразования армии, базировавшийся в своих выводах на трудах Комиссии 1906 г.

Согласно проекту неосуществившейся организации, к каждой пехотной дивизии должна была придаваться артиллерийская бригада следующего состава: 9 батарей полевых легких по 6 орудий в батарее (54 пушки), 2 мортирные батареи по 6 орудий в батарее (12 легких гаубиц), 1½ батареи полевой тяжелой артиллерии при 6 орудиях, всего 12½ батареи при 72 орудиях, т. е. на 1 ½ батареи и на 8 орудий меньше, чем в германской бригаде.

Вышеуказанные мероприятия предположено было завершить к 1 апреля 1917 г., но вспыхнувшая война помешала в самом начале осуществлению большой программы усиления нашей артиллерии.

Насколько количество полевой артиллерии, предусмотренное организациею и мобилизационным расписанием 1910 г., не соответствовало выдвинутой войною потребности, можно видеть по заказам военного времени, с присоединением к ним некоторых неисполненных заказов мирного времени. Потребность в орудиях как данного времени, так и предстоящая, была исчислена в Штабе верховного главнокомандующего.

Артиллерийские заказы военного времени

В удовлетворение этой потребности Главным артиллерийским управлением было заказано всего 14 198 орудий, из них 13 998 полевых орудий, а остальные орудия — осадные.

Из числа полевых орудий заказано: 3‑дм полевых легких пушек — 9780 (сверх полученных из Японии 556 75‑мм полевых пушек Арисака), 3‑дм горных — 511, 48‑лин. полевых гаубиц — 1434, 42‑лин. скорострельных пушек — 1133 и 6‑дм полевых гаубиц — 350.

В какой мере наши орудийные заводы в состоянии в настоящее время и в будущем удовлетворить эту потребность в орудиях, видно из приложенных к настоящему Своду таблиц, составленных в феврале 1916 г. по указанию начальника Главного артиллерийского управления после более или менее точного выяснения максимальной производительности всех наших орудийных заводов. В этих таблицах соединены в одно все заказы по категории орудий, определено, какое количество орудий поставлено каждым заводом к 1 января 1916 г., сколько орудий и каких ежемесячно может поставить каждый завод в течение 1916 г. и какое количество надлежит поставить к 1 июля 1917 г.

Производительность орудийных заводов

При рассмотрении означенных выше таблиц необходимо особо остановиться на сведениях о производительности наших заводов по изготовлению орудий полевой тяжелой артиллерии — 42‑лин. пушек и 6‑дм полевых гаубиц, а также 48‑лин. гаубиц, в которых наша армия испытывает весьма острую нужду.

Эти сведения подтверждают установленное уже в Своде сведений о заводах положение, что ни один из наших заводов, как казенных, так и частных, не имеет специального оборудования для изготовления 42‑лин. пушек.

Это положение находит себе объяснение в том, что военное ведомство не озаботилось, чтобы еще при осуществлении мобилизационного расписания 1910 г. наши заводы были обеспечены соответственными заказами и получили бы возможность обзавестись необходимым оборудованием для столь важного, основного орудия полевой тяжелой артиллерии, как 42‑лин. скорострельная пушка.

ГАУ в 1910 г. ограничилось предоставлением небольшого заказа на 84 42‑лин. пушки лишь иностранной фирме Шнейдер-Крезо и только в мае 1912 г. дало заказ подведомственному ему Петроградскому орудийному заводу на 100 42‑лин. пушек, но этот завод, как можно было предвидеть, не только не приступил к выполнению заказа, но до сих пор не установил соответственного оборудования.

Из тех же сведений усматривается, что Путиловский завод получил разновременно ряд непланомерных заказов на 42‑лин. пушки только в течение 1914 г., а Обуховский два больших наряда на 400 42‑лин. пушек и на такое же количество лафетов — лишь 25 июня 1915 г. и на 100 42‑лин. пушек — 10 декабря 1915 г.

Не получая до этого времени заказов на 42‑лин. пушки, заводы эти не могли иметь для их изготовления специального оборудования, а равно приобрести таковое за границею после получения заказов вследствие затруднений, вызванных войною.

Несмотря на отсутствие специального оборудования Обуховский завод все-таки в настоящее время приступил к изготовлению 42‑лин. пушек на станках для мелкой артиллерии, приспособленных одновременно и для изготовления 48‑лин. гаубиц и исправления 3‑дм пушек.

При таких условиях на сколько-нибудь широкую производительность Обуховского завода в изготовлении 42‑лин. пушек рассчитывать нельзя. Между тем, только единовременная потребность в 42‑лин. пушках к февралю 1916 г. определяется Главным артиллерийским управлением в 710 орудий.

В таком же положении оказались Пермский и Путиловский заводы в отношении заказов на другой весьма необходимый тип орудия полевой тяжелой артиллерии — 6‑дм полевые гаубицы. Пермский завод первый заказ на 60 6‑дм гаубиц получит в августе 1911 г., а следующий — на 150 6‑дм гаубиц — лишь в марте 1915 г.; Путиловский же завод получил заказ на 200 6‑дм гаубиц только в мае 1915 г.

Столь несвоевременно данные заказы на 6‑дм гаубицы, а равно и столь большие перерывы времени между заказами на одни и те же орудия не могли не отразиться на сроках их поставки. Так, предположительная производительность 6‑дм гаубиц Пермского завода выражается поставкою в течение 1916‑1917 гг. всего лишь по 8 орудий в месяц. Путиловский же завод будет в состоянии начать поставку не раньше 1917 г.

Для производства 48‑лин. гаубиц оборудован Путиловский завод, в слабой степени — Петроградский орудийный и лишь отчасти приспособлен Обуховский, приступивший к изготовлению 48‑лин. гаубиц на станках для мелкой сухопутной и морской артиллерии.

Такое состояние наших заводов, в особенности Пермского и полевого отдела Обуховского завода, коренится в установившемся в предшествовавшие годы отрицательном отношении военного ведомства к этим последним заводам, которые в течение целого ряда лет, начиная с 1906 г., или совершенно не имели от военного ведомства артиллерийских заказов, или же получали небольшие заказы, притом разновременно, небольшими партиями и с значительным опозданием в присылке чертежей, благодаря чему Пермский завод не был в состоянии обзавестись подлежащим оборудованием, а Обуховский завод в 1910 г. даже упразднил часть оборудования для мелкой артиллерии за совершенным отсутствием заказов на полевую артиллерию в течение целого ряда лет, и только, как сказано выше, получив в 1914 и 1915 гг. заказы на 48‑лин. гаубицы и 42‑лин. пушки, он, за неимением специального оборудования, восстановил упраздненное производство для мелкой артиллерии и приспособил его для изготовления орудий средней и даже тяжелой полевой артиллерии.

В то же время ГАУ, не сообразуясь с силами Петроградского орудийного завода, не располагающего ни литейными, ни достаточными ковочными средствами, ни необходимым местом для его расширения, и несмотря на то, что Петроградский орудийный завод не в состоянии был выполнять предшествовавших нарядов, продолжало давать ему новые наряды в ослабление и подрыв Пермского и Обуховского заводов, имевших значительно больше данных для широкого их использования.

Предоставление Петроградскому орудийному заводу разного рода заказов и наряду с этим его неспособность выполнять их видны из следующих данных:

После того, как Петроградский орудийный завод запоздал с выполнением вышеуказанного наряда на 55 горных пушек обр. 1909 г. на 1 год и 9 месяцев, он получил от Главного артиллерийского управления дальнейшие наряды: 23 июня 1912 г. — на 72 горных пушки, 21 ноября 1914 г. — на 55, 19 декабря 1915 г. — на 55 и 21 января 1916 г. — на 65 горных пушек того же образца 1909 г., но в счет всех этих нарядов, располагая необходимым оборудованием, мог поставить к 1 января 1916 г. всего лишь 50 горных пушек.

Равным образом, запоздав в выполнении вышеуказанного наряда на 192 48‑лин. гаубицы образца 1909 г. на 2 года и 4 месяца, Петроградский орудийный завод получил от Главного артиллерийского управления дальнейшие наряды на такие же гаубицы: в ноябре 1912 г. — на 100 гаубиц, в августе 1912 г. — на 247 и 21 января 1916 г. — на 40 гаубиц, в счет каких заказов он мог поставить к 1 января 1916 г. всего лишь 82 гаубицы, при наличности специального оборудования.

К выполнению же данного в 1912 г. наряда на 100 42‑лин. пушек Петроградский орудийный завод не приступил и до настоящего времени, не обеспечив себя заблаговременно специальным оборудованием.

Несмотря на такое неизменное и вместе с тем необоснованное предпочтение, оказываемое Главным артиллерийским управлением при даче нарядов на орудия Петроградскому орудийному заводу перед Пермским и Обуховским заводами, и недостаточность оборудования этих последних, тем не менее эти заводы, получив в военное время значительные наряды от Главного артиллерийского управления, и даже не расширяя своего оборудования, оказались в состоянии поставлять и исправлять следующее количество орудий.

Пермский завод поставляет до 70 3‑дм пушек и исправляет до 50 таких же пушек ежемесячно. В течение 1916 г. завод рассчитывает постепенно довести производительность 3‑дм пушек до 125 в месяц.

Обуховский завод, получив крупные заказы только в 1915 г. и работая на несоответствующем оборудовании, в состоянии поставить от 10 до 12 42‑лин. пушек и столько же исправлять расстрелянных, а равно поставить от 22 до 24 48‑лин. гаубиц и исправлять от 40 до 45 3‑дм пушек.

Кроме того, необходимо отметить, что Пермский завод, получив в течение 1913 г. наряды на 126 3‑дм пушек, 476 и 160 таких же пушек, выполнил все эти наряды раньше условленных сроков.

Естественно, что при условии предоставления Пермскому и Обуховскому заводам еще в 1909 и 1910 годах, когда выработана была новая организация полевой артиллерии и новое мобилизационное расписание, крупных заказов на орудийные системы всех видов полевой артиллерии, эти заводы в настоящем могли бы удовлетворить в гораздо более значительной степени предъявляемым им требованиям по исполнению заказов военного времени.

Выводы

Изложенные в этом Своде сведения свидетельствуют, что наша армия к возникновению настоящей войны не была обеспечена полевою артиллериею в мере, сообразной с количественною мощью соседей, вызвавших Россию на поле брани.

Это положение ясно видно из сопоставления численности батарей и количества орудий нашей полевой артиллерии с полевою артиллериею нашего главного противника — Германии.

Полевая артиллерия Германии превосходила нашу полевую артиллерию на 756 батарей, или 2310 орудий.

Еще нагляднее преимущество в численности германской артиллерии перед нашей видно из сопоставления количества артиллерии, приходящейся на пехотную дивизию, нашу и германскую.

На нашу пехотную дивизию приходилось 7 батарей при 54 орудиях, тогда как германская пехотная дивизия имела полевую артиллерию, состоявшую из 14 батарей при 80 орудиях, т. е. батарей вдвое, а орудий на 26 больше, чем располагали мы на пехотную дивизию.

Кроме того, в то время, как у нас в составе дивизии и даже корпуса не имелось полевой тяжелой артиллерии, каждая германская дивизия обеспечена была 8‑ю, а австрийская — 4-мя тяжелыми гаубицами.

Переходя к вопросу о том, чем вызвано было непринятие со стороны нашего Генерального штаба своевременных мер к должному усилению армии полевою артиллериею, надо остановиться на том, было ли Главное управление Генерального штаба заблаговременно осведомлено о росте и количественном преобладании германской полевой артиллерии над нашею.

Из данных, приведенных в настоящем Своде сведений, видно, что наш военный агент в Берлине в 1908, 1909 и 1910 гг. осведомлял Главное управление Генерального штаба о состоянии вооруженных сил Германии и в подкрепление своих сведений представлял боевые расписания Германии и таблицы развертывания германских войск при мобилизации.

Следовательно, Главное управление Генерального штаба, располагая данными, которые могли бы лечь в основание соображений о силах нашего главного противника, имело возможность своевременно принять миры к должному усилению артиллерии.

Между тем мобилизационное расписание 1910 г. совершенно не предусмотрело количественного усиления нашей армии полевою 3‑дм легкою артиллериею, недостаточно обеспечило армию по сравнению с Германиею мортирною артиллериею, а полевою тяжелою артиллериею, отсутствие которой ощущалось нашею армиею еще в русско-японскую войну, обеспечило в столь незначительной степени, что последняя даже не входит в состав артиллерии корпуса, а состоит при армиях для решения главным образом специальных задач, для чего германская армия располагает тяжелою, мортирною и осадною артиллериею.

Равным образом, Главному управлению Генерального штаба не мог быть неизвестен принятый в 1911 г. в рейхстаге закон об увеличении численности армии, и в частности артиллерии, по которому германская артиллерия, постепенно из года в год возрастая, к 1915 г. должна была возрасти до еще более значительных размеров, чем это указано выше.

Между тем мобилизационное расписание 1910 г. не изменялось и не дополнялось в смысле усиления полевой артиллерии новыми формированиями.

Таким образом, надо признать, что, несмотря на то, что Главному управлении Генерального штаба еще в 1908 г. стало известно о перевооружении и усилении германской артиллерии, названное управление не приняло действительных мер для того, чтобы составить правильный, основанный на соображениях о силах противника план усиления нашей полевой артиллерии, а ограничилось организациею полевой артиллерии 1910 г., которая в слабой степени по сравнению с силами Германии обеспечивала нашу армию полевою артиллериею, а затем, в дальнейшем, на германский закон 1911 г. о новом усилении артиллерии не ответило своевременно соответственною программою увеличения сил нашей артиллерии, и только в 1914 г. закончило разработку большой программы усиления нашей артиллерии, имевшей завершиться лишь к апрелю 1917 г.

Естественно, что, не располагая широким правильно разработанным планом, Главное управление Генерального штаба не дало Главному артиллерийскому управлению и соответственно широкой программы заготовления материальной части для полевой артиллерии и этим ограничило объем артиллерийских заказов, даваемых заводам, и вместе с тем лишило последние возможности своевременно и надлежащим образом оборудоваться для удовлетворения нужд армии в полевой артиллерии на случай европейской войны.

Со своей стороны, ГАУ, в течение целого ряда лет, непланомерным и нецелесообразным распределением артиллерийских заказов между орудийными заводами, с явным несоответствием с техническими средствами последних, поставило эти заводы, а в особенности — Пермский и Обуховский, в еще более тяжелое положение при выполнении ими крупных заказов военного времени.

Создание своевременного и правильного плана лежало на обязанности Главного управления Генерального штаба, а создание благоприятных условий для наиболее плодотворной производительности орудийных заводов — на обязанности Главного артиллерийского управления.

Правильное же направление и объединение деятельности Главного управления Генерального штаба и Главного артиллерийского управления лежало на военном министре, как главе и руководителе ведомства, и в этом отношении деятельность названных Главных управлений не была им направлена к цели их учреждения.

Что же касается обнаруженного во время мобилизации в некоторых артиллерийских частях недостатка артиллерийского имущества, который повлек за собою запоздалое выступление в поход этих частей, то своевременное устранение этого недостатка зависело от Главного артиллерийского управления в качестве центрального хозяйственного органа, на обязанности которого лежало обеспечить артиллерийские части всею необходимою материальною частью. Равным образом к его же обязанностям относился и надзор за недопущением подчиненными ему техническими заведениями опозданий на 1 год и 9 месяцев и 2 года и 4 месяца в исполнении нарядов на горные пушки и 48‑лин. гаубицы Петроградским орудийным заводом, а также опоздания на 2 года и 6 месяцев в исполнении Киевским арсеналом наряда на лафеты к горным пушкам, каковые опоздания имели последствием выступление в поход некоторых мортирных и горных батарей с не отвечавшими их назначению орудиями и принадлежностями.

Член Верховной комиссии граф В. Бобринский

Апрель 1916 г.

Примечания:

¹* «Вооруженные силы Германии», издание 1914 г. Главного управления Генерального штаба, стр. 108‑117. (Прим. док.)

²* Там же. Стр. 203‑206 и приложение 16 на стр. 207. (Прим. док.)

РГВИА. Ф. 962. Оп. 2. Д. 128. Л. 1-11 об.

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.