Март — апрель 1915 г. Соглашение России с Великобританией и Францией о проливах

Реквизиты
Государство: 
Датировка: 
1915.04
Источник: 
Сборник договоров России с другими государствами (1856-1917) Государственное издательство политической литературы, 1952 год стр. 428-435.
Архив: 
Международные отношения в эпоху империализма. Документы из архивов царского и временного правительств 1878‑1917 гг., серия III, т. VII, ч. I, стр. 392-393, 416‑417, 424‑425, 452‑455; ч. II. стр. 120.

№ 70

Соглашение России с Великобританией и Францией о проливах

Март — апрель 1915 г.

I. Памятная записка министра иностранных дел Сазонова французскому и великобританскому послам в Петрограде М. Палеологу и Дж. Бьюкенену¹*

[Петроград], 19 февраля/4 марта 1915 г.

Ход последних событий приводит е. в. императора Николая к мысли, что вопрос о Константинополе и проливах должен быть окончательно разрешен и сообразно вековым стремлениям России.

Всякое решение было бы недостаточно и непрочно в случае, если бы город Константинополь, западный берег Босфора, Мраморного моря и Дарданелл, а также южная Фракия до линии Энос—Мидия не были впредь включены в состав Российской империи.

Равным образом, и в силу стратегической необходимости, часть азиатского побережья, в пределах между Босфором, рекой Сакарией и подлежащим определению пунктом на берегу Измидского залива, острова Мраморного моря, острова Имброс и Тенедос должны быть включены в состав империи.

Специальные интересы Франции и Великобритании в вышеупомянутом районе будут тщательно соблюдаться.

Императорское правительство льстит себя надеждой, что вышеприведенные соображения будут приняты сочувственно обоими союзными правительствами. Упомянутые союзные правительства могут быть уверены, что встретят со стороны императорского правительства такое же сочувствие осуществлению планов, которые могут явиться у них по отношению к другим областям Оттоманской империи и иным местам.

М. О., серия III, т. VII, ч. I, стр. 392‑393.

II. Памятная записка великобританского посольства в Петрограде министру иностранных дел Сазонову²*

[Петроград], 21 февраля/6 марта 1915 г.

Посол его королевского вел-ва получил инструкции заявить г. Сазонову, что только исходя из соображений пользы общего дела, правительство е. в. предприняло операции в Дарданеллах. Великобритания не извлечет из них для себя никакой прямой выгоды: она сама не намерена там обосноваться. Правительство е. королевского вел-ва рискует своими солдатами, своими матросами, своими судами, стремясь сделать Турцию бесполезной в качестве союзницы для Германии, сокрушить ее наступательную силу против России и Великобритании (великий князь верховный главнокомандующий подчеркнул сам важность этой задачи в интересах русских военных операций), а также и для того, чтобы побудить нейтральные балканские государства к сотрудничеству с союзными державами.

Поскольку это касается будущности проливов и Константинополя, сэр Эдуард Грей публично подтвердил сказанное г. Сазоновым в Государственной думе³*, и хотя, в соответствии с конвенцией от 5 сентября⁴*, всякое окончательное и формальное соглашение должно быть подвергнуто обсуждению с Францией и, вероятно, не может быть заключено ранее окончательных мирных условий, сэр Эдуард Грей не сделал никаких возражений против того, что было сказано по этому поводу г. Сазоновым сэру Дж. Бьюкенену.

Помощь, и особенно военная помощь Греции, на Галлипольском полуострове может представиться важной и существенно необходимой для полного успеха операций, и при данных условиях было бы неразумно и невозможно затруднять их, отклонив эту помощь, если бы она была предложена.

Императорское правительство должно принять во внимание, что неудача дарданелльской операции повлекла бы за собой очень тяжелые последствия.

Правительство его вел-ва никогда не рассматривало вопроса об аннексии в пользу Греции какой-либо части проливов. Смирна представляет ту часть турецкой территории, которая рассматривалась, как компенсация Греции. Правительство е. вел-ва охотно допускает, что Греция не должна иметь точки опоры на проливах, что противоречило бы русским интересам. Правительство е. вел-ва согласно с российским и французским правительствами по этому вопросу, хотя интересы правительства е. вел-ва в настоящее время в Малой Азии ограничиваются вопросом о Смирна-Айдинской жел. дороге. В целях побудить Грецию присоединиться к союзникам, правительство е. вел-ва готово поступиться любыми из своих притязаний.

Посол е. вел-ва должен повторно указать, что операции, предпринятые ныне в Дарданеллах, преследуют общую цель самым бескорыстным образом по отношению к притязаниям России в этом районе и с полным сознанием, что непосредственные их результаты будут выгодны не для нас, а для России.

Поэтому в настоящих условиях правительство е. в. не должно быть лишено помощи в той части операций, где последняя могла бы быть нам полезной. Само собой разумеется, что всякая помощь, которая могла бы быть дана, не должна зависеть от какого-либо условия или устанавливать какие-либо притязания, за исключением тех, на которые могли бы согласиться три союзных правительства.

Из предшествующих сообщений вполне ясно, что правительство е. в. с первой же минуты жаждало деятельного участия русских судов и войск для доведения этих операций до успешного конца.

М. О., серия III, т. VII, ч. 1, стр. 416‑417.

III. Памятная записка французского посольства в Петрограде министру иностранных дел Сазонову⁵*

Петроград, 23 февраля/8 марта 1915 г.

№ 29

По распоряжению своего правительства и ссылаясь на пожелания, формулированные императорским правительством в памятной записке от 4 марта 1915 г., французский посол имеет честь заявить его превосходительству г. Сазонову, что императорское правительство может вполне рассчитывать на доброжелательное отношение правительства республики в том, чтобы вопрос о Константинополе и проливах был разрешен сообразно с желаниями России. Этот вопрос, а также вопросы, которые интересуют Францию и Англию на Востоке и в других местах и которые императорское правительство, со своей стороны, соглашается разрешить сообразно с пожеланиями Англии и Франции, найдут свое окончательное разрешение в мирном договоре, который, согласно декларации 4 сентября 1914 г., должен быть обсужден сообща и подписан одновременно всеми тремя союзными державами.

М. О., серия III, т. VII, ч. 1, стр. 424‑425.

IV. Памятная записка великобританского посольства в Петрограде министру иностранных дел Сазонову⁶*

[Петроград], 27 февраля/12 марта 1915 г.

В случае, если война будет доведена до успешного окончания и если будут осуществлены пожелания Великобритании и Франции как в Оттоманской империи, так и в других местах, как то указано в нижеупомянутом русском сообщении, правительство е. вел-ва согласится на изложенное в памятной записке императорского правительства относительно Константинополя п проливов, текст коей был сообщен послу е. вел-ва его высокопревосходительством г. Сазоновым 19 февраля (4 марта) сего года.

12 марта 1915 г.

М. О., серия III, т. VII, ч. 1, стр. 452.

V. Памятная записка великобританского посольства в Петрограде министру иностранных дел Сазонову⁷*

[Петроград], 27 февраля/12 марта 1915 г.

Посол е. вел-ва получил инструкцию сделать следующие замечания касательно памятной записки, которую великобританское посольство имело честь препроводить императорскому правительству 27 февраля (12 марта) , 1915 года:

Требование, высказанное императорским правительством в памятной записке от 19 февраля (4 марта) 1915 года, значительно превосходит пожелания, предусматривавшиеся г. Сазоновым несколько недель тому назад. Прежде чем правительство е. вел-ва успело выяснить, каковы будут при заключении окончательного мира его собственные пожелания в иных местах, Россия просит определенного обещания, что ее желания будут удовлетворены по отношению того, что собственно является наиболее ценным приобретением всей войны. Вследствие сего сэр Э. Грей надеется, что г. Сазонов отдает себе отчет в том, что правительство е. вел-ва не имеет возможности дать большего доказательства дружбы, нежели то, которое дается содержанием вышеупомянутой памятной записки. Этот документ свидетельствует о полном перевороте традиционной политики правительства е. вел-ва и находится в прямом противоречии с взглядами и чувствами, в свое время всецело господствовавшими в Англии и пока еще отнюдь не исчезнувшими. Сэр Э. Грей надеется поэтому, что императорское правительство признает, что недавние общие заверения, данные г. Сазонову, выполнены самым лояльным и полным образом. Ныне, представляя свою памятную записку, правительство е. вел-ва верит и надеется, что прочная дружба между Россией и Великобританией будет обеспечена, как только будет достигнуто предположенное соглашение.

Из великобританской памятной записки следует, что пожелания правительства е. вел-ва, какое бы они ни имели значение для английских интересов в других частях света, не будут содержать в себе ни одного условия, которое могло бы затронуть русское господство над территориями, описанными в русской памятной записке от 19 февраля (4 марта) 1915 года.

Ввиду того обстоятельства, что Константинополь всегда останется торговым складом для Юго-Восточной Европы и Малой Азии, правительство е. вел-ва будет просить, чтобы Россия, когда она войдет в обладание им, установила бы свободный порт для транзита товаров, обмениваемых между нерусскими территориями. Правительство е. вел-ва будет также просить о том, чтобы была установлена свобода обращения для торговых судов, проходящих через проливы, как было уже обещано г. Сазоновым.

В настоящее время стало совершенно ясным, что — независимо от того значения, которое могут иметь для общего дела союзников предпринятые правительством е. вел-ва операции в Дарданеллах — операции эти, как бы успешны они ни были, не могут принести какую бы то ни было выгоду правительству е. вел-ва при заключении мира. Россия одна, если война будет успешна, получит непосредственные плоды этих операций. Россия не должна была бы поэтому, по мнению правительства е. вел-ва, ставить теперь препятствия на пути всякой державы, которая может на разумных условиях предложить союзникам свою помощь. Единственная держава, которая могла бы принять участие в операциях в проливах, — Греция. Адмирал Карден просил адмиралтейство прислать ему еще истребителей, но таковых свободных не имеется. Помощь греческой флотилии, если бы ею возможно было заручиться, была бы, следовательно, чрезвычайно ценной для правительства е. вел-ва.

Одной из главных целей, которые имело в виду правительство е. вел-ва, когда им были предприняты операции в Дарданеллах, было побудить нейтральные государства присоединиться к союзникам. Правительство е. вел-ва надеется, что Россия употребит все усилия, чтобы рассеять опасения Болгарии и Румынии касательно того, будто обладание Россией проливами и Константинополем невыгодно для них. Правительство е. вел-ва надеется также, что Россия сделает все, что в ее власти, чтобы придать сотрудничеству этих государств заманчивый для них характер.

Сэр Э. Грей отмечает, что будет, очевидно, необходимо принять во внимание весь вопрос о будущих интересах Франции и Англии, в том, что теперь является Азиатской Турцией; формулируя пожелания правительства е. вел-ва касательно Оттоманской империи, он должен сговориться с французским правительством, так же как и с русским. Как только, однако, станет известно, что Россия получит Константинополь при окончании войны, сэр Э. Грей хотел бы заявить, что в течение всех переговоров правительство е. вел-ва настаивало, чтобы мусульманские священные места и Аравия остались при всех обстоятельствах под независимым мусульманским владычеством.

Сэр Э. Грей не в состоянии пока сделать определенного предложения по какому-либо пункту английских пожеланий; но одним из этих пожеланий будет пересмотр касающейся Персии части англо-русского соглашения 1907 года, в смысле признания нынешней нейтральной сферы, как сферы английской.

До тех пор, пока союзники не будут в состоянии дать балканским государствам, и в особенности Болгарии и Румынии, удовлетворительное заверение относительно их общего положения в отношении территорий, соприкасающихся с их границами и к обладанию которыми они заведомо стремятся; и до того времени, когда будет достигнуто более определенное соглашение касательно французских и английских пожеланий для окончательных мирных условий, сэр Э. Грей также считает, что весьма желательно, чтобы соглашение, к которому теперь пришли русское, французское и великобританское правительства, оставалось бы тайным.

М. О., серия III, т. VII, ч. I, стр. 452‑455.

VI. Вербальная нота французского посольства в Петрограде министру иностранных дел Сазонову⁸*

[Петроград], 28 марта/10 апреля 1915 г.

№ 120.

Правительство республики даст свое согласие на памятную записку, переданную его превосходительством российским послом в Париже г‑ну Делькассе 6 марта с. г. и касающуюся Константинополя и проливов, при условии, что война будет доведена до победного конца, и в случае осуществления Францией и Англией их планов на Востоке, равно как и в других местах, как это сказано в русской памятной записке.

Примечания:

¹* Перевод с французского.

²* Перевод с английского.

³* Имеется в виду заявление С. Д. Сазонова в Государственной думе от 27 января/9 февраля 1915 года о целях войны.

⁴* Лондонское соглашение между Россией, Францией и Великобританией от 23 августа/5 сентября 1914 года о не заключении сепаратного мира.

⁵* Перевод с французского.

⁶* Перевод с английского языка, сделанный в Министерстве иностранных дел.

⁷* Перевод с английского, сделанный в Министерстве иностранных дел.

⁸* Перевод с французского.

М. О. серия III, т. VII, ч. II, стр. 120.

Международные отношения в эпоху империализма. Документы из архивов царского и временного правительств 1878‑1917 гг., серия III, т. VII, ч. I, стр. 392-393, 416‑417, 424‑425, 452‑455; ч. II. стр. 120.

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.