Спецсообщение Н.И. Ежова И.В. Сталину с приложением протокола допроса А.Я. Лапина. 4 июня 1937 г.

Реквизиты
Государство: 
Датировка: 
1937.06.04
Источник: 
Лубянка. Сталин и Главное управление госбезопасности НКВД. Архив Сталина. Документы высших органов партийной и государственной власти. 1937—1938. — М.: МФД, 2004, стр. 209-215.
Архив: 
АП РФ. Ф. 3. Оп. 24. Д. 306. Л. 77—89. Подлинник. Машинопись.

4 июня 1937 г.

№ 57705

Совершенно секретно

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) тов. СТАЛИНУ[1]

Направляю второй протокол допроса арестованного участника антисоветского военно-троцкистского заговора ЛАПИНА А.Я.

Указываемые ЛАПИНЫМ как участники заговора САНГУРСКИЙ, ДЗЫЗА арестованы.

Прошу санкции на арест остальных участников заговора, названных ЛАПИНЫМ.

Народный комиссар внутренних дел Союза ССР ЕЖОВ

ПРОТОКОЛ ДОПРОСА[2]

Лапина Альберта Яновича от 23 мая 1937 г.

1899 г. рождения, член ВКП(б) с 1917 года, последняя должность в РККА — пом. командующего ОКДВА по авиации, с ноября 1936 г. в распоряжении НКО. Комкор.

Вопрос: На допросе 19 мая с.г., перечисляя участников троцкистского военного заговора, Вы скрыли от следствия ряд лиц, лично Вами завербованных. Следствие требует от Вас правдивых показаний.

Ответ: Признаю, что действительно дал не исчерпывающие показания и в целях умаления своей вины перед партией и советской властью пытался скрыть от следствия свою организационную работу, проводимую мною по заданию контрреволюционной троцкистской организации, участником которой я являлся. Помимо завербованных мною в контрреволюционную троцкистскую организацию: ДЗЫЗА — пом. командующего ОКДВА, ПАШКОВСКОГО — командира 18 стрелкового корпуса, УРАЛОВА — командира 110 авиабригады и КУТОВОГО — командира 12-й авиаэскадрильи, о чем я показал на допросе 19 мая с.г., мною в разное время были завербованы следующие лица: — 1) нач. ВВС Приморской группы ОКДВА, комдив ФЛОРОВСКИЙ, 2) флаг-штурман штаба ВВС ОКДВА капитан БОГДАНОВ, 3) командир 301 легкобомбардировочной эскадрильи, майор КОПЧЕНОВ.

Вопрос: В своих показаниях от 19 мая с.г. Вы показали, что ФЛОРОВСКИЙ в контрреволюционную организацию был завербован ПУТНОЙ, а теперь показываете, что он завербован Вами. Скажите точно, кто завербовал ФЛОРОВСКОГО - ПУТНА или Вы?

Ответ: ФЛОРОВСКИЙ в нашу контрреволюционную организацию завербован не ПУТНА, а мною.

Вопрос: Почему вы на предыдущих допросах дали неверные показания в части вербовки ФЛОРОВСКОГО в контрреволюционную троцкистскую организацию?

Ответ: Зная, что контрреволюционную деятельность ФЛОРОВСКОГО мне скрыть от следствия не удается, т.к. ФЛОРОВСКИЙ проводил большую вредительскую работу, я решил ФЛОРОВСКОГО, как участника организации не скрывать, т.к. был уверен, что следствие это установит. Но в целях умаления своей руководящей роли в троцкистском военном заговоре, я дал неверные показания, указав, что ФЛОРОВСКИЙ завербован не мною, а ПУТНА.

Вопрос: Когда и при каких обстоятельствах вы привлекли ФЛОРОВСКОГО к участию в военном заговоре?

Ответ: ФЛОРОВСКИЙ был мною завербован в первой половине 1935 года в гор. Никольск-Уссурийске, куда я прилетел по служебным делам.

Зная, что ФЛОРОВСКИЙ в 1924 г. и в более поздние годы стоял на троцкистских позициях и что он в прошлом находился в приятельских отношениях с ПРИМАКОВЫМ, у которого он служил в корпусе на командной должности, я решил это использовать и завербовать его в контрреволюционную троцкистскую организацию.

Бывая по роду своей службы в Никольск-Уссурийске, я стал обрабатывать ФЛОРОВСКОГО в контрреволюционном троцкистском направлении. В одну из наших совместных бесед с ФЛОРОВСКИМ я заявил ему, что им интересуются некоторые троцкисты, которые хотят с ним установить связь. Вначале он отвечал неопределенно. Я обработку ФЛОРОВСКОГО усилил. В одну из наших последующих бесед ФЛОРОВСКИЙ мне сказал, что он стоит на старых троцкистских позициях и готов возобновить борьбу с ВКП(б). После этого он мною был завербован в контрреволюционную троцкистскую организацию. При вербовке я заявил ФЛОРОВСКОМУ, что в ОКДВА существует контрреволюционная троцкистская организация, которая вовлекает в организацию старых троцкистов, готовых принять практическое участие в борьбе за свержение советской власти. В разговоре с ФЛОРОВСКИМ о положении в Южном Приморье, я нарисовал, в соответствии с установками ПУТНА, ему такую картину, из которой видно было, что в будущей войне перевес на стороне японской армии и что хозяевами положения будут японцы. ФЛОРОВСКИЙ с моими пораженческими доводами согласился, после чего я ему заявил, что если он понимает обстановку, то надо сделать из этого определенные выводы, и добавил, что троцкистская организация нашла выход из этого положения и, что: «Если поражение нависло, то надо идти навстречу этому поражению и вести работу по подготовке свержения советской власти». После того как ФЛОРОВСКИЙ согласился принять участие в военном троцкистском заговоре, я ему, говоря о составе нашей организации, назвал как участников организации ДЗЫЗУ, БАЛАКИРЕВА и САНГУРСКОГО.

Получив согласие ФЛОРОВСКОГО на участие в военном заговоре, я рассказал ему об основных установках нашей контрреволюционной организации, которые сводятся к следующему: — 1) вести работу по ослаблению военной мощи Красной Армии с тем, чтобы в период войны добиться поражения сов. власти; 2) организация диверсий и вредительства; 3) осуществление террористических актов над руководителями ВКП(б) и советского правительства; 4) шпионаж в пользу иностранных разведывательных органов.

Эти установки ФЛОРОВСКИЙ одобрил и принял. Исходя из общих установок контрреволюционной троцкистской организации, я перед ФЛОРОВСКИМ поставил следующие задачи: — 1) готовить кадры контрреволюционной организации, для чего он должен вовлекать в организацию новых участников и 2) организовать вредительство и диверсии в частях ВВС ОКДВА.

Вопрос: Что Вам известно о практической деятельности ФЛОРОВСКОГО, как участника троцкистского заговора?

Ответ: Встречаясь с ФЛОРОВСКИМ разновременно в 1935 и 1936 гг., он меня информировал о своей контрреволюционной деятельности и рассказал, что им завербованы следующие лица: — 1) командир 29-й авиаэскадрильи ИВАНОВ, 2) командир 19-го авиаотряда в Галенках (фамилию забыл), 3) нач. опер, части Спасской бригады КОЧЕНОВСКИЙ, 4) инженер Барановского аэродрома, прикомандированный к штабу ВВС Приморской группы — МАРЧЕНКО.

Информируя меня о своей вредительской деятельности, ФЛОРОВСКИЙ говорил, что он вредительство в частях ВВС осуществляет путем срыва боевой подготовки.

Показателем того, что ФЛОРОВСКИЙ точно проводил в жизнь установки организации, может являться то, что в 1935 и 1936 гг. в Приморской группе катастроф и аварий было в 2—3 раза больше, чем в других соединениях и частях ОКДВА. Кроме того, ФЛОРОВСКИМ было сорвано аэродромное строительство, так, например, он сорвал строительство следующих аэродромов: Бильмановского, Кремовского и Даубихинского, которые, вместо того, чтобы быть готовыми к осени 1936 г. — не закончены и в данное время. В Спасске ФЛОРОВСКИЙ затянул строительство авиамастерских больше чем на один год.

Вопрос: Когда и при каких обстоятельствах Вами были привлечены к участию в военном троцкистском заговоре БОГДАНОВ и КОПЧЕНОВ?

Ответ: Флаг-штурман ВВС ОКДВА — капитан БОГДАНОВ в нашу контрреволюционную троцкистскую организацию был завербован мною в конце 1935 или начале 1936 г. в моем служебном кабинете в гор. Хабаровске.

В 1935 г., бывая в Бочкаревской бригаде, где в это время работал БОГДАНОВ, я узнал, что он боится увольнения из РККА и исключения из рядов ВКП(б) в связи с тем, что он командованием и парторганизацией разоблачен как кулак, скрывавший свое социальное происхождение. Я решил это использовать в целях вовлечения его в организацию. Тогда же я обратился к БОГДАНОВУ и сказал, что хочу иметь в его лице преданного мне человека и что намерен перевести его для работы в штаб ВВС ОКДВА. В целях создания определенного настроения у БОГДАНОВА, я ему сказал, что хотя и стоит вопрос о его увольнении из рядов РККА, все же, как это мне не было трудно, я добьюсь его перевода к себе в аппарат. После того, как БОГДАНОВ мне заявил о своей преданности, я ему сказал, что в дальнейшем он мною будет использован для контрреволюционной работы. БОГДАНОВ согласился, заявив, что даже если ему придется путем борьбы с советской властью доказать свою преданность мне, он готов и на это.

Никаких конкретных заданий БОГДАНОВУ я не давал. БОГДАНОВА я имел в виду в последующем спарить с одним из членов нашей контрреволюционной организации — летчиком, для того, чтобы иметь на боевой машине летчика и штурмана — обоих членов организации, тогда такой самолет можно было бы всегда использовать в целях организации.

Майор КОПЧЕНОВ, как участник военного троцкистского заговора, был мною завербован при следующих обстоятельствах. Изучая работу 3-й легкобомбардировочной эскадрильи, я обратил внимание на наличие в эскадрильи большого количества аварий. В 1935 г., в одну из таких бесед с КОПЧЕНОВЫМ на аэродроме его эскадрильи в Бочкареве или Поздеевке (сейчас точно не помню), я ему прямо заявил: «Аварии у Вас не случайны и происходят они потому, что вы троцкист и проводите на практике контрреволюционную работу». КОПЧЕНОВ стал отнекиваться и объяснять аварии объективными обстоятельствами. Я на него «нажал» и сказал, что если он будет со мной искренним, этот вопрос можно уладить, на что со стороны КОПЧЕНОВА последовал следующий ответ: «Я Вас понимаю и готов идти Вам навстречу». Тогда я прямо поставил перед КОПЧЕНОВЫМ вопрос о его участии в контрреволюционной троцкистской организации, существующей на ДВ. Он согласился.

Когда я КОПЧЕНОВУ говорил, что путем пораженчества наша организация намерена повести работу по свержению советской власти, то КОПЧЕНОВ мне заметил, что это единственно правильный путь и что других способов к свержению советской власти он не видит.

Я поставил перед КОПЧЕНОВЫМ две практические задачи: — 1) продолжение аварий, 2) вербовка в организацию новых участников.

Как выполнена КОПЧЕНОВЫМ моя установка о вербовке новых участников в контрреволюционную троцкистскую организацию мне неизвестно, количество же аварий в эскадрильи после его вербовки в организацию возросло.

Вопрос: Выше Вы показали, что, ставя в известность ФЛОРОВСКОГО о составе контрреволюционной троцкистской организации, Вы, как участник организации, назвали САНГУРСКОГО и БАЛАКИРЕВА. Дайте показания, что Вам известно о САНГУРСКОМ и БАЛАКИРЕВЕ, как участниках военного заговора?

Ответ: Незадолго до своего отъезда из ОКДВА, в конце 1934 г. после посещения ОКДВА зам. наркома обороны ГАМАРНИКОМ и нач. Генштаба РККА ЕГОРОВЫМ, ПУТНА, встретясь со мною в Хабаровске или Никольск-Уссурийске (точно не помню), заявил мне, что его наверно скоро снимут с работы. Как своего преемника по контрреволюционной троцкистской организации, ПУТНА назвал комкора САНГУРСКОГО, зам. командующего ОКДВА, который будет на ДВ возглавлять нашу контрреволюционную организацию.

Также со слов САНГУРСКОГО мне известно, что участником военного троцкистского заговора является и начальник штаба Приморской группы ОКДВА комдив БАЛАКИРЕВ, который руководит организацией в Южном Приморье.

Вопрос: Кто еще известны Вам, как участники военного троцкистского заговора?

Ответ: От САНГУРСКОГО мне известно, что участниками военного троцкистского заговора являются: 1) нач. СКО ОКДВА — КАЩЕЕВ, 2) командир 1-й стрелковой дивизии — комбриг ФИРСОВ, 3) комендант Полтавского укрепленного района, комбриг ПЕТРУШИН.

Со слов САНГУРСКОГО мне известно, что все эти участники нашей контрреволюционной организации в достаточной мере осведомлены о задачах и деятельности организации и что они сами проводят большую контрреволюционную работу.

Комкором ПАШКОВСКИМ для участия в военном троцкистском заговоре завербованы: 1) комендант Благовещенского укрепрайона КРУГЛОВ (комдив или комбриг — по званию); 2) нач. Бочкаревского стройучастка, капитан УДАРЦЕВ.

О вербовке в организацию КРУГЛОВА мне сообщил ПАШКОВСКИЙ во второй половине 1935 г. на его квартире в Бочкарево, когда я был там, в служебной командировке. Предпосылкой для вербовки КРУГЛОВА в нашу контрреволюционную организацию была его прошлая принадлежность к троцкистской оппозиции.

По словам ПАШКОВСКОГО, КРУГЛОВ в соответствии с установками контрреволюционной организации проводил практическую контрреволюционную работу.

О вербовке УДАРЦЕВА в контрреволюционную организацию ПАШКОВСКИЙ сообщил мне весной 1936 г. на его квартире, заявив, что УДАРЦЕВ практически осуществляет вредительство на стройках.

В 1936 г., во время одной из бесед с САНГУРСКИМ, последний, информируя меня о работе организации, назвал как участников военного троцкистского заговора, следующих лиц: 1) нач. отдела боевой подготовки штаба ОКДВА, комбрига СУХОМЛИНА; 2) врид начальника 1-го отдела штаба ОКДВА, майора РОТМИСТРОВА.

Вопрос: Кто руководил работой контрреволюционной военной троцкистской организации на ДВ?

Ответ: Как я уже показал ранее, до отъезда с ДВ, руководил контрреволюционной военной троцкистской организацией ОКДВА — ПУТНА. ПУТНА входил во всесоюзный военный троцкистский центр и был представителем этого центра на ДВ.

После отъезда ПУТНА с ДВ, руководство организации перешло к САНГУРСКОМУ. С 1935 г. САНГУРСКИЙ осуществлял общее руководство организацией, давал установки по контрреволюционной работе и был связан с японскими разведывательными органами.

В военный центр контрреволюционной троцкистской организации в ОКДВА входили: 1) САНГУРСКИЙ — общее руководство; 2) БАЛАКИРЕВ — руководил контрреволюционной работой на территории Южного Приморья; 3) я — ЛАПИН — осуществлял руководство контрреволюционной работой по военно-воздушным силам и частям 18-го стрелкового корпуса; 4) ДЗЫЗА и КАЩЕЕВ — руководили вредительской и другой контрреволюционной работой в области военного строительства в ОКДВА.

Кроме того, со слов САНГУРСКОГО мне известно, что кроме него связь с японской разведкой поддерживал и БАЛАКИРЕВ.

Вопрос: Какими шпионскими сведениями снабжала Ваша контрреволюционная организация японские разведорганы?

Ответ: Как ПУТНА, так и САНГУРСКИЙ мне говорили, что японскому командованию они передали достаточно полные сведения о Дальне-Восточной Красной Армии. Какие конкретно переданы японцам шпионские сведения — мне неизвестно.

Вопрос: Вы показали, что контрреволюционная троцкистская организация приурочивала выступление против советской власти к началу войны. Дайте показания, как практически намечалось осуществление этого выступления?

Ответ: Наша контрреволюционная троцкистская организация в ОКДВА основной расчет делала на решительные выступления против советской власти во время войны. До начала войны контрреволюционная организация должна была накапливать силы путем расширения состава организации, широко развернуть вредительскую и диверсионную деятельность на стройках, железнодорожном транспорте, органах связи, складах горючего и боеприпасов с целью их уничтожения.

Состав организации мы должны были расширить за счет новых вербовок начсостава ОКДВА, занимающего главным образом руководящее положение в армии. Как ПУТНА, так и САНГУРСКИЙ указывали, что при вовлечении в организацию новых участников достаточно ограничиться 1—2 поручениями в целях их приковывания к организации.

В период войны контрреволюционная военная организация должна была расстраивать управление Дальневосточными войсками, участники организации должны были отдавать такие приказы и так направлять подчиненные им части и войска, чтобы идти навстречу поражению.

Как ПУТНА, так и САНГУРСКИЙ мне говорили о том, что во время войны, в соответствующий момент, который наметит руководство организации, участники организации должны будут физически уничтожить (расстрелять) руководителей войсковых и армейских соединений, преданных советской власти.

Кроме того, наша военная троцкистская организация должна была, возглавить контрреволюционное восстание в тылу, в целях чего часть участников организации должна была быть направлена в места скопления антисоветского элемента.

Вопрос: Какая практически диверсионная работа проведена Вами, как участником военного троцкистского заговора, в военно-воздушных силах ОКДВА?

Ответ: Моя диверсионная работа заключалась в организации катастроф в ВВС ОКДВА. К числу катастроф, вызванных контрреволюционной работой участников организации, относится: 1) катастрофа в Спасской бригаде, 2) катастрофа ВЛАСОВА в Хабаровской бригаде, 3) катастрофа в авиаотряде МЕТЕЛКИНА в 3-й легкобомбардировочной эскадрильи, 4) катастрофа в 31 эскадрильи и другие.

В вышеуказанных катастрофах погибло 6 человек. Из всех катастроф в частях ВВС за 1934—1936 гг. не менее 25% является результатом диверсионной работы нашей организации.

Вопрос: На кого из участников контрреволюционной организации были возложены диверсионные функции?

Ответ: Каждый из участников нашей контрреволюционной военной троцкистской организации диверсионную работу должен был проводить. Широкая диверсионная деятельность нашей организации приурочивалась к началу военных действий с Японией.

Вопрос: Дайте показания о террористической деятельности контрреволюционной троцкистской организации?

Ответ: Вопрос о террористических формах борьбы с советской властью все время стоял в программе нашей организации.

Вербуя меня в контрреволюционную военную троцкистскую организацию, ПУТНА мне заявил, что одной из форм нашей борьбы с партией является организация террористических актов над руководителями ВКП(б) и советского правительства.

В 1934 г. ПУТНА в беседе со мною выдвигал вопрос организации террористического акта над наркомом Обороны ВОРОШИЛОВЫМ, в случае его приезда на ДВ. Выполнение террористического акта над ВОРОШИЛОВЫМ на себя взять я отказался.

Вопросы террора в последующем также обсуждались нами. В начале 1936 г. в Хабаровске вопрос организации терактов над руководителями ВКП(б) и советского правительства обсуждал со мною и ДЗЫЗА, — руководитель военного центра троцкистской организации в ОКДВА САНГУРСКИЙ. САНГУРСКИЙ говорил, что БАЛАКИРЕВ и особенно КАЩЕЕВ требуют, чтобы наша организация совершила теракт над командующим ОКДВА БЛЮХЕРОМ. Причем САНГУРСКИЙ говорил, что совершение теракта над БЛЮХЕРОМ берет на себя КАЩЕЕВ.

Допрос прерван.

Читал, записано с моих слов верно — ЛАПИН

Допросили:

Зам. нач. 5-го отдела ГУГБ НКВД майор госбезопасности — АГАС

Помощник начальника 3-го отделения 5-го отдела ГУГБ

 лейтенант госбезопасностиОРЕШНИКОВ


[1] На первом листе имеется рукописная помета Сталина: «Важно».

[2] На втором протоколе допроса Лапина имеется рукописная помета Сталина: «Шесть вопросов Лапину: 1) Кто именно из авиапромработников состоял в заговоре? 2) Состоял ли в заговоре Берзин, который перенял от Таирова развед. органы на Дальнем Востоке? 3) Продолжает ли Таиров подрывную работу в МНР? 4) Кто из работников Дерибаса состоит в заговоре? 5) Состоит ли Виннер в МНР в заговоре? 6) Как обстоит дело с окружной войсковой разведкой на Украине, в Белоруссии, в Ленинграде? Не связывала ли она троцкистов с Польшей, так же как наша разведка на Дальнем Востоке связывала троцкистов с японцами».

АП РФ. Ф. 3. Оп. 24. Д. 316. Л. 86. Подлинник. Машинопись.

 

 

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.