Каганович — Сталину 6 июня [1932 г.]

Реквизиты
Тип документа: 
Государство: 
Датировка: 
1932.06.06
Метки: 
Источник: 
Сталин и Каганович. Переписка. 1931–1936 гг. Москва: (РОССПЭН), 2001 Стр. 143-145
Архив: 
РГАСПИ Ф. 558. Оп. 11. Д. 740. Л. 13–21. Автограф.

6/VI

Здравствуйте, Дорогой т. Сталин!

Сегодня получил ваши три шифровки и письмо, спешу сегодня же написать вам как по этим вопросам, так и по другим.

1) О Монголии. Судя по получаемым сейчас телеграммам, положение там лучшее, чем сообщал Охтин, Цецерлик остался в наших руках. Улан-Батору непосредственная опасность сейчас не угрожает. Однако мы дали директиву, чтобы на всякий случай Охтин очистил бы полпредство от секретных документов, в соответствии с Вашими указаниями. Элиава выехал 4-го, мы ему послали вдогонку на аэроплане Вашу телеграмму для ознакомления (с немедленным возвратом), дали ему указания форсировать политические мероприятия.

Вы правильно ставите в письме вопрос о выдвижении новых людей, завтра подготовим Элиаве и Охтину дополнительную директиву как об обновлении, так и объявлении всенародно о допущенных ошибках и т.д. Не приняв этих мер, а начинать с посылки войск, это значит ухудшить дело, поэтому ПБ полностью приняло Вашу установку — войска не посылать. Аэропланы оформляем как полагается. Сегодня Охтин прислал телеграмму, что в Улан-Баторе они формируют полк в 600 человек из советских граждан, по преимуществу земляков, т.е. членов нашей партии, я думаю им надо это дело запретить. Вчера мы ему послали резкую телеграмму в ответ на его глупейшее сообщение. Он сообщает, что некто Мунцук, коммунист-монгол, окончивший КУТВ, приехал из Внутренней Монголии, докладывает ему о подготовленном там восстании в войсках, что нужны только патроны и т.д. Сам он — Охтин — от себя прибавляет, что такое восстание было бы очень полезно и т.п. Мы считаем, что это провокация, что сам этот Мунцук должно быть провокатор. Предложили ему немедленно арестовать этого Мунцука и доставить его к нам1, самому ему указали на недопустимое легковерие. Видимо, он впал совсем в панику.

2) Мы получили сообщение, что командующий японской флотилией по охране рыболовных промыслов японцев капитан Кавосе прислал довольно наглое письмо командиру наших сторожевых судов с угрозами, что если наши не обеспечат нормальное рыболовство, он вынужден будет принять сам соответствующие меры. На ПБ вносилось предложение послать ноту, мы приняли более осторожное решение: так как сегодня, 6-го, Карахан должен был иметь встречу с Хиротой, то мы ему поручили обратить внимание Хироты на недопустимое выступление этого капитана и этим ограничиться2.

3) К Гринько приходил Дирксен по поводу концессии Друзаг на Северном Кавказе. Попутно заговорили о переменах в Германии. Дирксен заявил, что он полагает, что никаких перемен по отношению к нам не будет, он выразил удовлетворение сдержанностью нашей печати, видимо он, во 1-х, сам не особенно доволен переменами, во 2-х, он, вероятно, сравнивает с американской, отчасти английской и французской печатью, которая себя ведет довольно резко, но Ваша телеграмма совершенно правильно указывает на необходимость безусловной выдержанности и недопущения крикливости. Сегодня я имел повторную беседу по телефону с товарищами] редакторами и дал им строгие указания в этом духе. Я Вам посылаю записку Радека о его беседах с Дирксеном3 — не слишком ли он принимает за чистую монету все, что ему там говорили?

4) С Ланкастером дело не кончилось. Первая беседа кончилась ничем, он никаких заявлений не сделал, а больше всего слушал, но вот вчера мы получили от представителя Амторга (в Москве) Андрейчина (между прочим, человек он не заслуживающий особого доверия) [сообщение] о беседе Ланкастера с ним. Из этой беседы видно, что Ланкастер чего-то добивается и довольно настойчиво. Мы постановили, чтобы Межлаук еще раз с ним встретился и выслушал его, не вступая в обсуждение вопросов и не давая никаких обещаний. Посылаю Вам оба письма4, о результатах новой беседы Межлаука я Вам напишу. В виду того, что возможно здесь есть что-либо серьезное, прошу Вас сообщить, как нам быть дальше?

5) В переговорах с нефтяниками, видимо, прошляпили, перемудрили. Рабинович сообщает, что как только им объявили наши новые условия, они объявили, что их условия были окончательными и они их теперь берут обратно и переговоры прерывают. Теперь "Дейли Мейл"5 и др. газеты подняли против нас кампанию. Сокольников предлагает выступить нам со своим сообщением в печати, но если вступить с ними в полемику, то это может сорвать возможное возобновление переговоров, либо надо выступить с сообщением, дающим ниточку к возобновлению переговоров, но и это рано, лучше подождать. Восьмого на ПБ стоит этот вопрос, если от Вас не будет ответа на телеграмму, мы отложим вопрос. Может быть поручить кому-либо новому человеку начать вновь разговоры? (может быть Вейцеру или др.).

6) О ширпотребе. Жмем во всю, сейчас после Вашего письма еще больше налягу, в следующий раз я Вам напишу уже о результатах нашей работы в материальном выражении, а не в резолюциях. Сейчас у меня под руками нет точных цифр. Во всяком случае, отдача товаров на рынок в мае, особенно во второй половине, куда выше, чем в апреле и в 1-ой половине мая. Но до сих пор мы все же налегали на продвижение товаров вообще на рынок, а теперь надо взяться за продвижение товаров в деревню.

7) Цифры о севе Вы знаете, если бы не Украина, мы шли бы выше прошлого года на 3 миллиона га, нажали мы на Урал, они отстают сильно, послали им ругательную телеграмму6, отстает от прошлого года и Северный Кавказ на 400 т[ыс]. га, но мы пока им ничего не посылали. Пришлось дать Нижнему Новгороду ввиду града 700 тонн проса для пересева побитых градом посевов, Украине добавочно хлеба для снабжения 1 м[лн] 600 т[ыс]. пудов7. Остальным всем на их телеграммы отказываем.

8) Насчет Эйзенштейна я соответствующие меры приму. Надо урезать «меценатов», либеральствующих за счет интересов государства.

9) О статье Ярославского я говорил Мехлису на завтра после опубликования, что это не годится. Вы совершенно правы, что это безобразие. Мне кажется, что лучше бы Ярославского от «Правды» освободить, а то он соединяет это с цекакистской практикой и получается не то, что надо.

Ну на этом кончу.

Жму крепко руку. Ваш Л.Каганович.

________________

1 5 июня 1932 г. ПБ решило направить Охтину телеграмму от имени НКИД: «Сообщение Пунцука считаем провокацией. Считаем недопустимым ваше легковерие. Немедленно арестуйте Пунцука и отправьте в Москву» (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 12. Л. 175). 19 августа ПБ вновь рассмотрело вопрос о Пунцуке и приняло решение привезти Пунцука в Москву. ОГПУ и НКИД было поручено выяснить его личность (Там же. Д. 13. Л. 77).

2 ПБ поручило Карахану при встрече с Хирота обратить внимание на недопустимость выступлений командующего 3 японской флотилией (Там же. Д. 12. Л. 175).

3 Записка отсутствует.

4 Письма отсутствуют.

5 «Dail Mail» — британская консервативная правая газета крайне антисоветской ориентации.

6 5 июня 1932 г. ПБ утвердило телеграмму руководству Свердловского обкома и облисполкома за подписью Кагановича и Молотова, в котором состояние сева в области было названо «угрожающим» (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 887. Л. 28).

7 2 июня 1932 г. ПБ решило отпустить в качестве семссуды из госфонда Нижегородскому краю и Московской области по 150 тыс. пудов овса, Ленинградской области 90 тыс. пудов (Там же. Оп. 162. Д. 12. Л. 174). 5 июня 1932 г. ПБ решило увеличить план завоза хлеба на Украину сверх ранее утвержденных 6,5 млн пудов на 1,6 млн пудов за счет вывоза из Средней Азии (Там же. Л. 175).

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.