Приказ НКВД СССР № 00319 «О работе троек с объявлением инструкции тройкам НКВД по рассмотрению дел об уголовных и деклассированных элементах и о злостных нарушителях положения о паспортах». 21 мая 1938 г.

Реквизиты
Тип документа: 
Государство: 
Датировка: 
1938.05.21
Источник: 
Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы Том 5. 1937-1939. Книга 2. 1938 – 1939. Москва РОССПЭН 2006. Стр. 123-126
Архив: 
ЦА ФСБ РФ. Ф. 66. Оп. 1. Д. 421. Л. 41-48. Копия.

№54

Народным комиссарам внутренних дел союзных и автономных республик, начальникам УНКВД, начальникам Управлений рабоче-крестьянской милиции республик, краев и областей

В ходе работы по изъятию социально-вредных и деклассированных элементов, проводимой в целях предупреждения уголовной преступности и осуждения указанных элементов на тройках, органами НКВД на местах допускаются извращения, к числу которых, в частности, относятся:

1) Осуждение колхозников, хотя и имевших в прошлом приводы и судимости, но вернувшихся к общественно-полезной работе, имеющих большое число трудодней, преступной деятельностью не занимающихся и не связанных с уголовно-преступной средой. Такие факты отмечены по Горьковской обл., где они являлись результатом работы арестованных врагов народа; в некоторых районах той же Горьковской обл. имели место факты фабрикации приводов и искусственное увеличение привлекаемых лиц; составление заключительных постановлений, не соответствующих материалам дела и т.п. Виновные мною строго наказаны.

2) Рассмотрение дел, не подсудных тройкам; в Татарии и других областях тройки выносили решения по делам о грабежах, почему, в результате ограниченных прав троек, грабитель осуждался на меньшие, чем он заслуживал, сроки наказания.

3) Осуждение очевидных воров и уголовников как простых нарушителей паспортного режима и вынесение решений в отношении таких категорий только о выезде из режимных пунктов. Такая практика отмечена в Грузии и Азербайджане, по Тбилиси, Батуми и Баку. Эти решения троек в Грузии и Азербайджане определяли и всю линию работы милиции, которая вместо ареста воров отбирала у них по 5—6 подписок о выезде из режимного пункта, что приводило к полной безнаказанности уголовников.

4) Применение условного осуждения или осуждения к принудработам.

5) Вынесение решений по делам о несовершеннолетних преступниках, не достигших 16-летнего возраста, и осуждение в лагеря вместо направления их в закрытые трудколонии НКВД в установленном порядке (Горьковская обл., БССР и др.). В то же время не вскрываются взрослые организаторы преступности, виновные в разложении несовершеннолетних, содержатели притонов подростков, где эти подростки вовлекаются в преступления. Имеются и другого порядка нарушения, когда дела на взрослых воров-рецидивистов, арестованных за конкретные преступления, вместо рассмотрения их на тройках передаются в суды.

Отмечаю, что в практике работы милиции все еще имеют место факты, когда в отношении хулиганов-рецидивистов допускается в виде наказания только штраф, не считаясь с тем, что злостные хулиганы представляют из себя кадры, перерастающие в грабителей. Все указанные извращения и нарушения влекут за собой — с одной стороны, грубое нарушение революционной законности и, с другой, — ослабление удара по уголовным элементам.

Приказываю:

1) Приказ № 00192-35 г.46 и объявленную этим приказом инструкцию тройкам НКВД отменить.

2) Ввести в действие объявленную при этом новую инструкцию по работе троек НКВД.

3) Изъятие уголовно-деклассированного элемента производить повседневно, не допуская производства массовых операций или кампанейства. На тройках внимательно изучать все обстоятельства каждого рассматриваемого дела.

4) При вынесении своих решений тройкам НКВД руководствоваться правами, предусмотренными положением об Особом совещании при НКВД, и выносить следующие административные решения:

а) о заключении в лагеря НКВД на срок до 5 лет,

б) о высылке из крупных промышленных городов в нережимные местности в пределах республики, края, области на срок до 5 лет.

Примечание:

а) осужденных на сроки ниже 3 лет направлять в местные исправительно-трудовые колонии; б) ссылку по решениям троек производить только в определенные места в пределах нережимной местности своей области, края, республики.

5) Строго следить за тем, чтобы решения троек по каждому конкретному делу действительно соответствовали бы степени общественной опасности рассматриваемого лица; не выносить решений на срок свыше 2 лет заключения за простое первичное нарушение обязательств о выезде из режимной местности, ограничиваться высылкой этих лиц на срок 1—3 года, в тоже время деклассированного вора заключать в лагеря.

6) Точно выполнять прилагаемую инструкцию. Следить за тем, чтобы протоколы троек велись в соответствии с § 5 инструкции, содержали все установочные данные на рассматриваемых лиц, имели подписи членов тройки и прокурора и своевременно направлялись начальнику Главного управления рабоче-крестьянской милиции для представления на Особое совещание.

Ссылки на статьи Уголовного кодекса при предъявлении обвинения в заключительных постановлениях, а также в протоколах троек не делать; указывать, что арестованный обвиняется и осуждается как СВЭ в порядке настоящего приказа.

Не допускать нарушения 15-дневного срока ведения следствия и рассмотрения дел на тройках.

7) По решениям троек о делах, по которым имеется протест прокурора, составлять отдельные протоколы с изложением мотивов обеих сторон и направлять эти протоколы, вместе с делами, через начальника ГУРКМ НКВД на рассмотрение Особого совещания НКВД СССР.

8) Не рассматривать на тройках дела на лиц, бежавших из лагерей и тюрем или уклонившихся от отбытия наказания, у которых сроки действующих приговоров превышают права троек; направлять таких лиц в лагеря для отбытия срока или нового осуждения их лагерными судами.

За наркома внутренних дел СССР комиссар госбезопасности М. Фриновский

Приложение

Инструкция тройкам НКВД по рассмотрению дел об уголовных и деклассированных элементах и о злостных нарушителях положения о паспортах

§1

Для предварительного рассмотрения дел об уголовных и деклассированных элементах, а также о лицах, злостно нарушающих паспортный режим, в союзных республиках (за исключением Украины и Казахстана), в автономных республиках, краях и областях, входящих в состав РСФСР, а также в областях Украинской и Казахской ССР организуются тройки в составе: народного комиссара союзной, автономной республики или его заместителя (начальника УНКВД или его заместителя), членов: начальника Управления милиции и начальника соответствующего отдела, чье дело разбирается на тройке. Участие прокурора в заседании тройки обязательно.

§2

Рассмотрению троек подлежат дела:

а) о лицах, имеющих судимости или приводы за уголовные преступления и не порвавших связи с уголовно-преступной средой;

б) о лицах, хотя не имеющих судимостей и приводов, но не занятых общественно-полезным трудом, не имеющих определенного местожительства и связанных с уголовно-преступной средой, в том числе о всех притоносодержателях и скупщиках краденого;

в) о ворах-рецидивистах, уличенных в конкретных преступлениях, хотя и имеющих определенное местожительство и прикрывающихся работой на предприятиях, заводах, в учреждениях;

г) о хулиганах-рецидивистах, приговаривавшихся ранее судами за хулиганство не менее двух раз к тюремному заключению или к принудработам на срок от 1 года и более, в случае совершения ими хулиганства, вызывающего необходимость привлечения их снова в уголовном порядке;

д) о нищих-профессионалах;

е) о злостных нарушителях паспортного режима, а именно: о лицах, отказавшихся добровольно выехать из местности, проживание в которой им запрещено в связи с невыдачей паспорта или непропиской, и нарушивших данную ими подписку о выезде в указанный милицией срок, а также о лицах, самовольно возвратившихся в местность, в которой им было запрещено проживание.

§3

При рассмотрении дел о нарушителях паспортного режима тройки обязаны проверить правильность и основательность лишения гражданина права проживания в данной режимной местности и целесообразность такого решения, в соответствии с чем органы милиции обязаны обеспечить наличие в деле следующих данных:

а) когда, кем и на каких основаниях нарушителю запрещено проживать в данной режимной местности;

б) кем и когда отобрана у привлеченного подписка о выезде из режимной зоны и объяснения привлеченного о причинах невыезда. Подписка привлеченного о выезде из режимной зоны должна обязательно прилагаться к делу.

§4

При направлении на рассмотрение тройки дел о лицах, указанных в § 2 настоящей инструкции, органы милиции обязаны представить следующие материалы:

а) постановление о задержании с указанием причины задержания;

б) справку о судимости или о приводах;

в) следственные материалы, т.е. протоколы допроса привлеченных, свидетелей и вещественные доказательства, если таковые имеются;

г) в необходимых случаях — справки о состоянии здоровья;

д) краткое заключительное постановление.

§5

Рассмотрение каждого дела тройкой производится с обязательным вызовом на заседание тройки привлеченного. Если арестованный содержится вне краевого, областного центра, то перед отправкой дела на рассмотрение тройки арестованный допрашивается начальником горотдела милиции совместно с прокурором, причем этот совместный допрос обязательно протоколируется, протокол приобщается к делу, а арестованный на тройку не вызывается.

По рассмотренным на тройках делам ведется протокол, в котором указываются все собранные на рассматриваемое лицо материалы, краткое его объяснение, когда и за что задержан, где содержится под стражей и все новые данные, выявленные в процессе рассмотрения дела на заседании тройки. В резолютивной части протокола указывается, кому какая административная мера предлагается и с какого числа считается начало ее срока.

§6

Тройка обязана рассмотреть представленные ей дела не позже 15 дней после возникновения дела (арест, привод и т.п.)

§7

Решение тройки при отсутствии возражений прокурора приводится в исполнение немедленно, а протокол направляется на утверждение Особого совещания НКВД.

При наличии разногласий приведение в исполнение решения тройки приостанавливается, и дело переносится на рассмотрение Особого совещания НКВД.

§8

Изъятие уголовного и деклассированного элемента и нарушителей паспортного режима должно производиться повседневно, а не в порядке кампанейства или путем массовых операций. При рассмотрении дел тройки должны тщательно и внимательно изучать все обстоятельства каждого дела и в точности руководствоваться инструкцией ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 8 мая 1933 г.47

За народного комиссара внутренних дел ССР комкор М. Фриновский

Прокурор Союза ССР А. Вышинский

46 Тройки «по рассмотрению дел об уголовных и деклассированных элементах и о злостных нарушителях положения о паспортах» (в документах НКВД также — «паспортные тройки», «милицейские тройки», «тройки УНКВД», «тройки УРКМ», «тройки по СВЭ», «обычные тройки») были образованы по приказу НКВД СССР № 00192 от 27 мая 1935 г. при всех НКВД/У НКВД центрального подчинения. Права этих троек были существенно расширены по сравнению с их прямыми предшественниками — «паспортными тройками», действовавшими в 1933—1934 гг. на основании циркуляра ОГПУ №96 от 13 августа 1933 г. По приказу №00192 1935 г. и другим директивам, изданным в его развитие (ср., напр., совместное указание Ягоды и Вышинского от 29 июня 1935 г., приказ НКВД № 00419 «Об извращениях в работе троек» от 27 ноября 1935 г. и др.), тройки рассматривали дела о лицах как имевших, так и не имевших ранее судимости, не занятых «общественно-полезным трудом», не имевших определенного места жительства и связанных «с уголовно-преступной средой», о профессиональных нищих и о нарушителях паспортного режима, а также — в течение короткого периода — о спекулянтах (на основании приказа НКВД № 00251 от 23 июля 1936 г. «Об усилении борьбы со спекуляцией»). Председателем тройки являлся начальник УНКВД или его заместитель, членами — начальник УРКМ и начальник того отдела, чьи дела разбирались на очередном заседании. Обязательным было не только участие в заседаниях прокурора, но и его подпись под протоколами тройки. На заседаниях дела, как правило, должны были рассматриваться в присутствии арестованных (в ряде случаев предусматривалось заочное рассмотрение дел).

В эпоху «массовых операций» 1937—1938 гг. «милицейские тройки» и тройки, образованные по приказу № 00447, действовали параллельно, при этом, согласно циркуляру №61 от 7 августа 1937 г. предписывалось дела «утоловников-рецидивистов, не порвавших с уголовным миром» рассматривать на тройках, созданных по приказу № 00447, а «милицейским тройкам» следовало сосредоточиться «на делах беспаспортных лиц, не имеющих постоянного места жительства и не занимающихся полезным трудом».

Публикуемый приказ №00319 и прилагавшаяся к нему инструкция, подписанная М.П. Фриновским и А.Я. Вышинским, несколько расширяли, в сравнении с приказом № 00192 (1935 г.), список «контингентов», дела которых имели право рассматривать «милицейские тройки»: были добавлены притоносодержатели, скупщики краденого, хулиганы-рецидивисты («в случае совершения ими хулиганства, вызывающего необходимость привлечения их снова в уголовном порядке») и воры-рецидивисты, «уличенные в конкретных преступлениях, хотя и имеющие определенное местожительство и прикрывающиеся работой на предприятиях, заводах и учреждениях». В остальном приказ не вносил ничего принципиально нового в работу «милицейских троек». Как представляется, непосредственным толчком к его появлению были: а) повсеместное ужесточение паспортного режима и общего социального контроля, особенно в городах и пограничных территориях и б) рост уголовной преступности в 1937 г.—начале 1938 гг. (несмотря на массовые аресты так называемых «уголовников» в рамках «кулацкой» операции).

В начале 1938 г. Ежов приказал проинспектировать работу милиции в наиболее «засоренных по преступности» районах — в республиках Закавказья и в нескольких других регионах. В результате этих инспекций, сделавших выводы об ослаблении работы «милицейских троек» после начала действия приказа № 00447, о том, что «борьба с уголовной преступностью на протяжении 1937 г. почти не велась», что «в большинстве районов о приказе № 00192 не знают» (ЦА ФСБ РФ. Ф. 3. Оп. 5. Д. 3. Л. 12), и появился публикуемый приказ, представлявший собой, скорее всего, очередную попытку НКВД активизировать борьбу с уголовной преступностью традиционными чрезвычайными мерами. И хотя в приказе содержалось прямое указание «не допускать производства массовых операций или кампанейства», фактически он санкционировал именно «массовую операцию», схожую с операциями по известным оперативным приказам (№№ 00447, 00485 и др.), но только направленную на другие «контингенты» и проводимую по линии не УГБ, а УРКМ. В некоторых отношениях эта операция была даже более откровенной и циничной — см. содержавшееся в п. 6 приказа прямое запрещение ссылаться на статьи Уголовного кодекса как на правовую базу осуждения, ограничиваясь в процессуальных документах указанием лишь на «категорию» — «СВЭ» (социально-вредный элемент) и номер приказа НКВД.

«Милицейские тройки», как и другие виды троек, были ликвидированы совместным постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия» от 17 ноября 1938 г. (приказ № 00319 был отменен приказом № 00762 от 26 ноября 1938 г.). В акте приема-передачи дел по НКВД СССР, который Л.П. Берия направил И.В. Сталину 29 января 1939 г., говорилось, что «были приговорены около 200 тыс. человек сроком до пяти лет через так называемые милицейские тройки, существование которых не было узаконено» (цит. по: Чухин И.И. Указ. соч. С. 81). Названная в этом документе цифра вызывает серьезные сомнения. Судя по неполным данным ежемесячной статистической отчетности органов НКВД, Особое совещание только с января 1937 г. по апрель 1938 г. утвердило решений «милицейских троек» более чем на 300 тыс. человек. Всего же за период 1937—1938 гг. эти тройки осудили, по-видимому, не менее 420—450 тыс. человек. Как и в случае с тройками по приказу № 00447, подлинные цифры здесь могут быть получены только в результате изучения протоколов троек в местных архивах. В большинстве своем осужденные «милицейскими тройками» должны были бы подлежать реабилитации, однако вследствие «неполитического» характера обвинений процесс реабилитации на них не распространился (прим. Н.Г. Охотина и А.Б. Рогинского).

47 Имеется в виду директива СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О прекращении массовых выселений крестьян, упорядочении производства арестов и разгрузке мест заключения» от 8 мая 1933 г., согласно которой выселение крестьян допускалось только в индивидуальном порядке в отношении тех хозяйств, главы которых ведут активную борьбу против колхозов и организуют отказ от сева и заготовок. Всего по 14 регионам СССР разрешалось выслать 12 тыс. хозяйств. Аресты могли производиться только органами прокуратуры, ОГПУ или начальниками милиции; запрещалось заключение под стражу до суда за маловажные преступления. Максимальное количество лиц, находящихся в местах заключения, не должно было превышать 400 тыс. чел. (Трагедия советской деревни... Т. 3. 1930-1933. М., 2001. С. 746-750).

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.