Письмо Заместителя Народного Комиссара Иностранных Дел СССР Временному Поверенному в Делах СССР в Иране. 27 октября 1937 г.

Реквизиты
Тип документа: 
Датировка: 
1937.10.27
Источник: 
Документы внешней политики СССР. Т. 20. Январь – декабрь 1937 г. / Министерство иностранных дел СССР; - М.: Политиздат, 1976., стр. 569-572.

27 октября 1937 г.

За последнее время мы имеем дополнительную информацию о росте германской активности в Иране. По сведениям нашего полпредства в Париже, в ближайшее время в Тегеран едет ближайший сотрудник Шахта по Рейхсбанку Вольтат для активизации коммерческих переговоров[1]. Вольтат намеревается ставить вопрос об участии Германии в индустриализации каспийского побережья, а также о германском участии в рыбных промыслах Каспия. По тем же сообщениям, германская фирма «Гутехофнунгсхютте» уже получила заказ на электростанцию (не вполне ясно, имеет ли этот заказ отношение к прикаспийским провинциям, — просим проверить). Из бесед нашего поверенного в делах в Берлине с иракским посланником выяснилось, что германское проникновение в Иран и Афганистан через Ирак усиливается. Иракский посланник заявлял, что в самом Ираке Германия воздерживается от активизации своей торговли и, в частности, отказывается от закупок фиников, требуя уплаты валютой за поставляемые ею машины и сельскохозяйственные орудия. По сведениям иракского посланника, немцы расширяют свою деятельность в Иране и Афганистане не только по линии торговли, а заслали туда значительное количество офицеров, летчиков и техников (необходимо эти сведения тщательно проверить и конкретизировать). По сведениям, полученным нашим полпредством в Берлине от иранского поверенного в делах, торговля между Германией и Ираном, несмотря на трудности с расчетами по клирингу, выросла в два раза против прошлого года[2]. Иранские товары продаются в Германии по более высоким ценам, чем в Англии, хотя германским правительством установлены твердые цены по иностранным закупкам. Эта последнее сообщение указывает, что, несмотря на нехватку в Иране сырья для покрытия иностранного импорта (что мы в особенности чувствуем на себе) и несмотря на сообщения, поступавшие от полпредства и наших консулов, о приостановке германского машинного импорта в Иран ввиду отсутствия покрытия, товарооборот между Ираном и Германией все же растет. Полпредству необходимо этот вопрос специально обследовать, осветив нам, по каким статьям импорта и экспорта происходит увеличение германо-иранской торговли[3]. Необходимо для этого мобилизовать и статистические данные, и другие источники. Для нас этот вопрос помимо его общеполитического значения имеет и серьезный оперативный смысл (при обсуждении в НКВТ перспектив нашей торговли с Ираном в четвертом году торгового договора высказывались предположения, что внешнеторговый оборот Ирана ввиду нехватки иранского сырья будет, по-видимому, сокращаться, и в частности по торговле с Германией; на этой основе был поставлен вопрос и о возможном сокращении наших контрактов с Ираном в будущем году).

Парижское сообщение о предстоящей поездке в Тегеран Вольтата характерно в особенности тем, что с этой поездкой связывается участие Германии в индустриализации каспийского побережья. Таким образом, вопрос стоит не об усилении германского индустриального экспорта в Иран, а о планах германского внедрения на каспийском побережье под флагом участия в развитии промышленности, рыбных промыслов и т. д. Подписание недавно германской фирмой контракта с иранским правительством на постройку в Пехлеви дока или верфи показывает, что немцы уже приступают к реализации этих планов и что за ними, по-видимому, имеется предварительная договоренность между Германией и Ираном.

Таким образом, после ряда наших представлений иранскому правительству о деятельности немцев в Иране и несмотря на ряд заверений со стороны иранского правительства, что оно относится осторожно к германской активности в Иране и не допустит враждебной нам германской деятельности (на эту тему Самии давал заверения и в Москве, и в Женеве), практически наблюдается установление все более тесного ирано-германского сотрудничества, и в частности в прилегающих к нам провинциях Ирана. Разумеется, нам придется принимать все меры для того, чтобы не допустить германского внедрения в прилегающие к СССР районы Ирана, и в особенности на каспийском побережье. Вам уже были даны указания о посылке ноты по поводу контракта с германской фирмой на постройку дока в Пехлеви. В этом вопросе имеется прямое нарушение иранским правительством его обязательств по соглашению о порте Пехлеви, где совершенно точно оговорено, что управление Пехлевийского порта не будет иметь иностранных граждан ни в качестве рабочих и служащих, ни в качестве подрядчиков.

По-видимому, наши многочисленные разговоры с иранским правительством о немцах создали у иранцев впечатление, что наша обеспокоенность в этом вопросе является удобной почвой для шантажирования нас немцами и что, с другой стороны, наши разговоры о немцах превратились в бытовое явление, утратив свою остроту. Я считаю поэтому необходимым прекратить разговоры о немцах с иранцами по всякому поводу и не делать разрозненных представлений иранскому правительству, с тем чтобы последние делались каждый раз с санкции Москвы и с конкретной целевой установкой. По-видимому, в ближайшее время нам придется сделать такое представление в связи с попытками германского внедрения на каспийском побережье. Для этого Вам необходимо подобрать материалы, характеризующие германскую активность в северных провинциях и в прикаспийских районах. Обратите особое внимание на работу иностранцев в портах и в Управлении портов Каспийского моря (мы имеем в виду возможность использовать постановления обмена нотами к торговому договору 1935 г. против использования иностранными специалистами в иранских портах своего служебного положения вне пределов возложенных на них обязанностей).

Выясните задачи поездки Вольтата, а также содержание и результаты его переговоров в Иране. Полагаю, что на ближайшее время Вам можно будет ограничиться 1—2 беседами с кем-либо из наиболее крупных политических деятелей Ирана на тему о немцах, подчеркнув, что Вы говорите неофициально и лишь в порядке личной откровенности, как друг Ирана и сторонник налаживания советско-иранских отношений. Скажите, что Ваша работа весьма затрудняется фактами, указывающими на благожелательное отношение иранского правительства к развитию германской активности в Иране, в особенности в северных провинциях, которая не может не преследовать агрессивных целей, может быть, без ведома иранского правительства. Скажите, что в Москве растет негодование по поводу этих фактов и что Вы не можете объяснить Москве характер германо-иранского сотрудничества. Скажите, что Самии в беседах с т. Стомоняковым в Москве и с т. Литвиновым в Женеве давал успокоительные разъяснения и обещания по поводу немецкой активности в Иране. Однако факты говорят об обратном, и германо-иранское сотрудничество заходит слишком далеко во вред советско-иранским отношениям и с угрозой вовлечения Ирана в агрессивные планы Германии и в возможность международных конфликтов. Такое предприятие, как германская воздушная линия до Кабула, имеющая мирную внешность, в действительности также прикрывает германские агрессивные планы. Разумеется, все это создает атмосферу, неблагоприятную для развития советско-иранских отношений и затрудняющую благожелательное разрешение вопросов, интересующих обе стороны. Вы высказываете это совершенно в частном и личном порядке, выражая беспокойство за судьбы советско-иранской дружбы и за судьбы самого Ирана.

По вопросу о доке в Пехлеви мы дадим Вам дополнительные указания по телеграфу, когда выяснятся результаты посланной Вами ноты.

Зам. Наркома

Б. Стомоняков


[1] Имеется в виду телеграмма Я. З. Сурица в НКИД СССР от 19 октября 1937 г.

[2] Беседа временного поверенного в делах СССР в Германии Г. А. Астахова с Дафтари состоялась 22 октября 1937 г.

[3] Информация по поставленным вопросам содержалась в письме полпредства в НКИД СССР от 12 декабря 1937 г. В области торговли и промышленности Ирана, говорилось в письме, «в последние два-три года Германия заняла командное положение», из «построенных в последние годы 153 предприятий оборудование для 79 из них поставлено германскими фирмами». Полпредство приводило данные об участии немцев в разработке природных богатств Ирана, строительстве военных заводов и арсеналов, о поставках из Германии военных самолетов и т. д. «Германские фирмы, — отмечалось в письме, — проникли на каспийское побережье и укрепились в крупных центрах на севере» в граничащих с СССР провинциях Ирана, получили право участия в строительстве Пехлевийской верфи.

Отмечая внедрение германских специалистов во все министерства Ирана, полпредство особо указывало на усиление их влияния в министерстве промышленности, в министерстве просвещения и в управлении сельского хозяйства. В письме обращалось также внимание на проникновение немцев в иранскую печать, которая «все чаще славит на своих страницах экономические и культурные «достижения» фашистской Германии».

 

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.