Записка Н.И. Ежова И.В. Сталину об откликах научной интеллигенции на процесс по делу антисоветского право-троцкистского блока. 5 марта 1938 г.

Реквизиты
Направление: 
Тип документа: 
Государство: 
Датировка: 
1938.03.05
Источник: 
Процесс Бухарина. 1938 г.: Сборник документов. — М.: МФД, 2013, стр. 791-794.
Архив: 
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 171. Д. 403. Л. 118. Подлинник. Машинописный текст на бланке НКВД СССР с указанием даты и делопроизводственного номера, подпись Н.И. Ежова, подчеркивание неизвестного. Л. 119—123. Заверенная копия. Машинописный текст.

5 марта 1938 г.

№ 101573[1]

Совершенно секретно

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б)

товарищу СТАЛИНУ

Направляю сводку агентурных сообщений — отклики в среде научной интеллигенции на процесс «право-троцкистского блока»[2].

НАРОДНЫЙ КОМИССАР ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СССР

ГЕНЕРАЛЬНЫЙ КОМИССАР ГОСУДАРСТВЕННОЙ БЕЗОПАСН.

ЕЖОВ

 

Совершенно секретно

Агентурная сводка

Об откликах в среде научной интеллигенции 

на сообщение о процессе

ЛАЗАРЕВ П.П. (академик). В разговоре у себя на квартире с источником и своей знакомой, некой Ниной Петровной говорил:

«Это очередная авантюра советского правительства. Я Бухарина хорошо знал. Это исключительный по культуре человек. Такие люди не могут быть причастны к убийствам.

Как все это нелепо звучит. Покушение на ЛЕНИНА, СТАЛИНА в 1918 г., и с тех пор эти люди не ответили за это дело. Пора, давно пора кончить спекуляцию на смерти КИРОВА. Обвинение состряпано довольно слабо.

Сегодня даже не опубликовано обвинительное заключение.

Дмитрий Дмитриевич (ПЛЕТНЕВ — многолетний, близкий друг ЛАЗАРЕВА) не мог принимать участия в ускорении смерти КУЙБЫШЕВА, ГОРЬКОГО. У Дмитрия Дмитриевича могли быть неудачи, но в сознательные поступки — я никогда не поверю. Я знаю его много лет, встречался с ним за границей — это не те методы, которыми он стал бы бороться с советской властью.

Я думаю, что дело против Дмитрия Дмитриевича создано не потому, что его в чем-нибудь уличили, а только потому, что кому-то это очень и очень понадобилось.

Неужели и эти “преступники” будут так каяться? Не думаю, что на это были бы способны БУХАРИН, РЫКОВ, ПЛЕТНЕВ.

Отсутствие ВИНОГРАДОВА в процессе довольно странное. Умер, что ли? Во всяком случае, тот факт, что в списке нет ВИНОГРАДОВА, симптоматичен. Это козырь для иностранной печати, особенно для фашистской — что умер или замучен?

А все-таки нужно признаться, что не так легко довести людей до такого состояния, чтобы они потеряли совершенно волю и повторяли как попугаи то, что их заставляют говорить.

Ну, КАЗАКОВ, ЛЕВИН, это маленькие люди, а вот Дмитрий Дмитриевич, как он глупо попался. Отвратительнейшая история, неприятно было читать это сообщение».

ВАВИЛОВ Н.И. (академик). Уклонившись от комментариев сообщения по существу, бросил лишь реплику:

«Да, батька, дело! Вот только о ЧЕРНОВЕ как-то не верится, он был такой пьяница. Дела, дела. А ведь это, наверное, только начало».

ВОЛГИН В.П. (академик). В присутствии академика СТРУВЕ В.В. и источника заявил: «Ну, можно как-то объяснить политической враждой убийство кого-нибудь из вождей, но уничтожить гордость мировой литературы — ГОРЬКОГО, это необъяснимо.

Как у них рука поднялась?»

На замечание академика СТРУВЕ В.В.: «Как теперь верить врачам вообще? Вот у меня больное сердце, пойдешь к врачу, а тебе чего-нибудь подсыпят». Академик ВОЛГИН ответил: «Ну, академикам так сразу не подсыпят, не всем же подряд».

КОЛЬЦОВ Н.К. (член профессор Сельскохозяйственной академии наук). «Потрясающее сообщение. Ну, те политики, там борьба, их еще можно понять! Но врачи! Все это напоминает мне о “Бесах” Достоевского. Тогда читал и не верил, а вот сейчас оказывается, что это возможно.

КАЗАКОВ просто шарлатан, от него можно ожидать всего. ПЛЕТНЕВ много ездил за границу, и кто его знает, что он там делал. Но ЛЕВИН ходил такой важной персоной.

Такие дела характерны для периодов, когда сменяются общественные уклады и становятся разными понятия о добре и зле. То, что для одних считается злом, для других это добро. То, что с общечеловеческой точки зрения есть зло, для некоторых кажется добром.

Это длится, пока не установится новый строй, длительный, тогда вырабатывается новое, общепризнанное понятие о добре и зле.»

КОСТОВ ДОНЧО (известный болгарский генетик, работающий в Академии наук, доктор биологических наук). «Ужасная вещь. Бухарин и другие — те политики, это можно понять, но врачи! Есть же врачебная этика. Как можно дойти до этого? Адский план — расчленить СССР, оторвать важные республики».

ШАЛЬНИКОВ (доктор физических наук, сотрудник профессора КАПИЦЫ). «Как это ЯГОДА оказался в группе политических преступников и его дело вынесено на открытый процесс, если при его аресте газеты печатали, что он арестован за уголовные и административные преступления[3].

Если он действительно политический преступник, то как же партия ему доверила разведку? Разве не проверяются люди, которым поручается ответственнейшее в стране дело?

Почему сознаются преступники? Этого никто не понимает, а пресса почему-то не разъясняет. Вообще отчеты о политических процесса печатаются у нас, по сравнению с заграницей, неудовлетворительно.

Для кого, по существу, ведется процесс? Нас — граждан Союза убеждают, что для нас — для граждан СССР. А если этим гражданам непонятно ничего, кроме конечного результата цепи преступлений, то и все отчеты неясны, суть процесса непонятна массам.

Ведь никто не понимает двух моментов:

1.    Чего хотели эти люди, имевшие все? Почему ясно не объяснить их цель. Говорится — реставрация капитализма, а что большего она дала бы им?

2.    Почему они признаются? Чем и кто заставляет их делать это? Ведь ясно — это просто психологический закон, что преступник запирается пока может и даже после этого. Ведь много вещей есть недоказуемых, как было по процессу ПЯТАКОВА, при которых не присутствовал никто третий или присутствовало лицо от иностранной державы, а это могила.

Зачем же сознаваться и в этом? Почему не печатают, как держатся подсудимые, подробные их ответа на вопросы, а не только места, где они признаются.

Вы говорите, что на процессе много гостей, граждан СССР. Я что-то не встречал их — свидетелей процессов, да и от других не слышал, чтобы они встречались с такими.

Очень много объясняет и, с моей точки зрения, правильно, о ведении процесса книга Фейхтвангера[4]. Но почему объяснение недоуменных вопросов должно исходить от иностранного писателя?»

КАРП М.Л. (старший научный сотрудник института генетики Академии наук). «Вот что наделала идеология о невозможности построения социализма в одной стране. Раз нельзя, значит, нужно свалить поскорее и всякими путями. Потому и скатились к потрясающим преступлениям. МЕНЖИНСКОГО, наверное, свалил ЯГОДА, рассчитывая занять его место. Врачи просто изверги».

ГУБЕР Л. (профессор, востоковед, МГУ). «Как же научиться распознавать врага? Как научиться видеть через ту ширму, которая отгораживает их? Я читал в газетах статьи Заковского[5] и прочих и все-таки практически я беспомощен».

ЖУРАВЛЕВ Н.Н. (работник Госиздата, близок к Демьяну Бедному — женаты на родных сестрах). «У меня волосы встали дыбом. А я грешным делом считал, что ЯГОДУ уже прихлопнули. Совершенно непонятно, как мог человек, у которого белые сдирали кожу с рук, который имел все, в дальнейшем продаться фашистам?

Вы знаете, что ЯГОДУ успели задержать в последний момент, он уже был на аэродроме с массой золота и драгоценностей, чтобы улететь за границу, десять минут позже и он бы уже спасся.

И так долго не могли разоблачить РАКОВСКОГО, который столько раз каялся и его прощали. КАЗАКОВ всегда был шарлатаном, карьеру он себе сделал на удачном и быстром омоложении нескольких руководящих работников ЦК. Ему дали особняк, создали целый институт, чего ему еще надо было?

А очевидно за границей были известны не только наши военные силы и планы, но и все хозяйственные и финансовые вопросы через РОЗЕНГОЛЬЦА и ГРИНЬКО.

Знаете, Демьян Бедный был раньше близок с Бухариным. Но когда на съезде писателей Бухарин разругал Бедного, отступив в своем докладе от утвержденных ЦК тезисов, они крепко переругались, Бедный этого не мог простить и они порвали отношения.

Удивляюсь, почему в списке нет КАМИНСКОГО. Очевидно, будут еще два процесса: Егорова и Межлаука[6]».

п/п ЗАМ. НАЧ. 4 ОТДЕЛА ГУГБ

КОМИССАР ГОСБЕЗОПАСНОСТИ 3 РАНГА

КАРУЦКИЙ




[1] Делопроизводственный номер и дата вписаны секретарем.

[2] Подчеркнуто горизонтальной линией (синий карандаш).

[3] В газетном сообщении о снятии Г.Г. Ягоды с должности наркома связи и передаче дела о нем «следственным органам» в качестве мотивации указывалось: «Ввиду обнаруженных должностных преступлений уголовного характера» (Правда. 1937. 4 апреля).

[4] В январе 1937 г. с визитом в СССР находился писатель Лион Фейхтвангер. Он был принят Сталиным, и ему позволили присутствовать на втором Московском процессе по делу Пятакова, Радека и др. Свои впечатления от процесса Фейхтвангер опубликовал в изданной на немецком языке в Амстердаме книге, которая моментально была переведена на русский. См.: Фейхтвангер Л. Москва 1937. М., 1937. 96 с.

[5] В 1937 г. в газетах и отдельной брошюрой была опубликована переработанная стенограмма докладов начальника УНКВД по Ленинградской обл. Л.М. Заковского на областной партконференции и совещании секретарей парткомов Ленинграда. См.: Заковский Л. О некоторых методах и приемах иностранных разведывательных органов и их троцкистско-бухаринской агентуры. М., 1937. 31 с.

[6] Имеется в виду В.И. Межлаук.

 

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.