17 июля 1937 г. — Докладная записка военной группы Комиссии партийного контроля секретарю ЦК ВКП(б) И. В. Сталину о положении в танковой промышленности

Реквизиты
Государство: 
Датировка: 
1937.07.17
Метки: 
Источник: 
Становление оборонно-промышленного комплекса СССР (1933-1937). М. 2011, стр. 678-680.
Архив: 
АП РФ. Ф. 3. Оп. 46. Д. 383. Л. 121-125. Подлинник.

Докладная записка военной группы Комиссии партийного контроля секретарю ЦК ВКП(б) И. В. Сталину о положении в танковой промышленности¹*

17 июля 1937 г.
Совершенно секретно.

В результате проведенного вредительства в танковой промышленности и в 8‑м главке НКОП, руководство главка и танковых заводов находится в положении растерянности и неспособности ликвидировать в наикратчайший срок последствий вредительства. Отсутствие конкретного и оперативного руководства в деле танкостроения привело к срыву танковой программы I‑II кварталов с. г. и паническим настроениям на заводах, руководители которых заявляют: «если ближайшие дни не дадут существенного сдвига в производстве и выпуске, то мы очутимся в тупике».

Совершенно недопустимое положение, создавшееся в танковой промышленности можно характеризовать на примере ленинградских заводов. Проверкой установлено, что завод им. Ворошилова за 5 месяцев 1937 г. сдал лишь 17 танков Т‑26 вместо 400‑500 по плану; к освоению новой машины Т‑46 завод не подготовился; до сих пор не устранены крупнейшие дефекты опытного и эталонного образца Т‑46. В результате выполнение программы 1937 г. по выпуску 600 танков Т‑26 и 100 танков Т‑46 находится под угрозой срыва.

Основной причиной срыва выпуска танков Т‑26 является вредительство, проведенное в моторе. При постановке на производство танка Т-26 он копировался с оригинала — танка «Виккерс». При снятии чертежей с мотора и в последующем, уже в процессе производства, был сделан ряд отступлений от оригинала, ухудшающих качество мотора. Это привело к систематическому обрыву клапанов и проседанию седел в цилиндрах, что выводило мотор из строя. Несмотря на это, НКО производил приемку этих танков и только в конце 1936 г. предъявил заводу требования дать гарантию работы мотора 100 час. на стенде и 200 час. в танке. Однако ни один двигатель, подвергнутый в январе-феврале месяцах 1937 г. длительным испытаниям, не дал гарантийного срока работы и приемка машин военведом была прекращена. Таким образом, вместо освоения новой машины Т‑46 завод занимается «освоением» мотора Т‑26, находящегося в течение ряда лет на серийном производстве, а в результате ни по Т‑26, ни по Т‑46 программа 1937 г. не выполняется.

Постановка на серийное производство танка Т‑46 затянулась. РККА ждет эти машины с 1934 г., но руководство завода и до сих пор не может дать четкого ответа, когда начнется выпуск Т‑46. Одно только ясно, что завод не гарантирует выпуска в 1937 г. боевой машины, что танки Т‑46 будут выпущены лишь как опытные для учебных целей, т. е. РККА и в 1937 г. не получит этой машины. Необходимо отметить, что завод им. Ворошилова вел подготовку серийного производства Т‑46 по чертежам опытного образца (не дожидаясь эталона), в результате изготовленные в 1936 г. 4 машины выбыли уже из строя, а инструмент и приспособления оказались негодными. По предварительным данным убыток от этого составляет 20‑25 млн. руб. Основной причиной срыва выпуска Т‑46 является недоработанность этой машины в опытном образце, а также вредительские акты, проведенные в этой машине на Опытном заводе.

Опытный завод № 185 им. С. М. Кирова, являясь единственной в Союзе базой опытного танкостроения, находился в руках контрреволюционеров, троцкистов и вредителей — агентов иностранных разведок, свивших гнездо под покровительством директора завода Барыкова, бывшего троцкиста, исключавшегося в 1924 г. из партии и не порывавшего связь с активными троцкистами до 1935 г. В 1931 г. Барыков пригласил на завод в качестве своего заместителя вернувшегося из ссылки троцкиста Симонова, бывшего секретаря Троцкого. Зная Симонова, как заклятого врага партии, Барыков, однако, рекомендует его в 1931 г. в партию. Восстановившись в правах члена партии, Симонов до конца 1934 г. являлся фактическим хозяином завода. Во время вторичного ареста и высылки Симонова в связи с убийством т. Кирова Барыков ходатайствует перед Ленинградским обкомом ВКП(б) об оставлении Симонова в Ленинграде. Но и после высылки Симонова Барыков не порывает с ним связь. Кроме Симонова на заводе работали ряд троцкистов (Мусатова, Стеденкан и др.), ныне высланных НКВД, которых Барыков знал как врагов народа, но прикрывал своим авторитетом. Наряду с троцкистами с завода изъято органами НКВД 10 чел. конструкторов-вредителей. В конце 1936 г. арестованы Зигель и Сячинтов, которым было передоверено руководство проектированием всех опытных образцов. Отношение Барыкова к работе вредителей можно проследить на примере с Зигелем.

Вредитель Зигель руководит разработкой проекта колесно-гусенично-плавающей машины Т‑43‑1. Однако опытный образец этой машины и не плавает и на колесах не ходит. Несмотря на это, Зигель назначается ответственным за разработку эталонной машины Т‑29, которую не доводит до конца и перебрасывается на руководство проектированием танка Т‑46‑1. Работу по Т‑46‑1 Зигель также не доводит до конца и, ничего не давши РККА, он за «плодотворную работу» представляется и награждается орденом Красной Звезды. В ответ на награждение орденами руководство завода взяло на себя обязательство создать сверхскоростную колесно-гусеничную стахановскую машину Т‑44. Руководство этой машиной поручается опять Зигелю, который эту работу проваливает, и все проекты Т‑44 сдаются в архив. Несмотря на такую «плодотворность» работы Зигеля, ему поручается руководство проектированием машины Т‑46‑5. Чувствуя поддержку со стороны Барыкова, Зигель наглеет еще больше и в Т‑46‑5 приводит прямое вредительство. На этом его карьеру пресекают органы НКВД. Примерно так же протекала работа вредителя Сячинтова, руководившего проектированием самоходных установок и награжденного в 1936 г. орденом Ленина.

В результате из всей массы образцов, над которыми работал завод, находятся на серийном производстве только два танка — Т‑28 и Т‑35 и две самоходных установки СУ‑5 и СУ‑14, а начатая в 1933 г. разработка танков Т‑46 и Т‑29 до сих пор не закончена, серийное производство их в 1936 г. сорвано и производство в 1937 г. не налажено, хотя опытные образцы изготовлены в 1934 г.

Не лучше дело обстоит и на других заводах. Кировский завод аналогично Ворошиловскому заводу занимается «освоением» давно поставленной на производство машины Т‑28 вместо освоения новой машины Т‑29, ХПЗ топчется на месте с производством Т‑35 и БТ‑7, а завод № 37 до сих пор не дал боеспособной разведывательной машины на смену танку Т‑37.

Только политической беспечностью и отсутствием большевистского контроля со стороны начальника 8‑го главка НКОП Неймана можно объяснить совершенно нетерпимое положение, в котором оказалось танкостроение. Только передоверие руководства опытными работами в главке вредителю Гуревичу могло привести к отсутствию до сих пор прочной базы опытного танкостроения.

Считал бы необходимым заслушать на КО доклады НКОП и НКО о состоянии танкостроения.

Врид руководителя военной группы КПК при ЦК ВКП(б) Вишневский

Примечание:

¹* Докладная записка послана также в КПК при ЦК ВКП(б) — Н. И. Ежову, СНК СССР — В. М. Молотову, НКО СССР — К. Е. Ворошилову.

АП РФ. Ф. 3. Оп. 46. Д. 383. Л. 121-125. Подлинник.

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.