№ 75. Из информационного бюллетеня экономического отдела Главконцесскома о переговорах советского правительства с Гарриманом о концессиях в СССР — 11 января 1927 г.

Реквизиты
Тип документа: 
Датировка: 
1927.01.11
Источник: 
Россия и США: экономические отношения 1917-1933. Сборник документов. М. “Наука” 1997. Стр. 170-173.
Архив: 
РГАЭ. Ф. 8346. Оп. 1. Д. 25. Л. 29-27. Подлинник.

№ 75. Из информационного бюллетеня экономического отдела Главконцесскома о переговорах советского правительства с Гарриманом о концессиях в СССР

11 января 1927 г.

Секретно.

К переговорам с Гарриманом

“Стэтист” (консервативный английский орган) от 8 декабря относительно переговоров Гарримана в Москве пишет следующее:

«В Москву прибыла большая группа американцев, включающая, помимо представителей группы Гарримана, еще целый ряд горных инженеров и других специалистов.

Приезд означенных лиц вызвал много сообщений и слухов, большей частью основанных на догадках. Вполне очевидно, что гарримановская группа с самого начала имела целый ряд сильных противников в лице, в первую очередь, собственников, имущество которых было экспроприировано. В Чиатурской концессии была конфискована собственность французских, английских и немецких капиталистов, этот факт, понятно, не имел никакого отношения к новым американским концессионерам, однако конфискация собственности вызвала большую враждебность со стороны ее бывших владельцев. Особенная враждебность наблюдалась со стороны бывших владельцев — французов.

На заседании франко-советской финансовой конференции французы-делегаты выдвинули требование об отмене концессионного соглашения с Гарриманом[1] на том основании, что условия договора не выполняются, и о передаче концессии крупному французскому синдикату, в который входят “Сосьэтэ дэ Форж э Асьери”, “Асьери Крэзо” и “Банк дэ Пэи Ба” в качестве финансирующей организации. Спустя несколько дней после того, как было сделано это предложение, конференция была отложена по политическим причинам.

Германские капиталисты, инвестировавшие до революции капиталы в Чиатурские марганцевые рудники, получили от американцев большую компенсацию.

Англичане, интересы которых были незначительны, в настоящее время занимают руководящие административные посты в американском предприятии на Кавказе.

В настоящее время по поводу приезда в Москву группы американцев ходят разные слухи. Во-первых, что американцы приехали с целью добиться изменений явно тяжелых условий концессионного договора, благодаря которым цена на марганец поднялась здесь по сравнению с ценой, существовавшей два года тому назад. В то время когда подписывали договор с Гарриманом, специалисты указывали на то, что поставленные СССР условия невозможно будет выполнить. Эти условия включали немедленную уплату концессионером 4 млн. долларов, потонные платежи, а также значительное земельное обложение. В общем на каждую экспортируемую тонну марганца производились начисления в размере 4,66 долл. против 1 шиллинга 3 пенсов в царское время.

Во-вторых, что американский консорциум согласен начать переговоры с Наркомторгом и Главконцесскомом о приобретении некоторых других марганцевых залежей, недавно открытых русскими горными инженерами. Россия в одном только Никопольском районе имеет более чем достаточно марганца для удовлетворения внутреннего спроса.

В-третьих, что гарримановская группа прибыла с целью протеста против нечестной конкуренции со стороны принадлежащих государству марганцевых рудников, нарушающих права Гарримана.

Это последнее предположение представляется весьма невероятным по двум причинам.

Во-первых, потому, что в условиях договора с Гарриманом не имеется статьи, предоставляющей американскому консорциуму монополию на экспорт марганца из СССР.

Во-вторых, потому, что, как это прекрасно известно, СССР не имеет ни капитала, ни транзитных возможностей, ни необходимой организации для создания серьезной конкуренции против американской компании, имеющей прекрасную организацию, новое усовершенствованное[2] оборудование, финансовые средства и превосходные суда, специально построенные для перевозки руды. Только одна страна закупает сравнительно большое количество марганца из советских государственных рудников — это Германия. Германская фирма “Равак и Грюнфельд” имеет монополию снабжения Германии русским марганцем, который идет туда не из Чиатур, а из Никополя. В настоящее время не наблюдается сколько-нибудь существенной конкуренции для Гарримана со стороны русских. Гарримановская компания стремится поставлять марганец на рынки Великобритании, Франции, Бельгии, Соединенных Штатов и других стран. Спрос со стороны упомянутых стран более чем достаточен для того, чтобы обеспечить Чиатурским рудникам хорошую нагрузку.

Советское правительство вполне удовлетворено работой компании Гарримана. Несомненно, группа Гарримана с радостью приветствовала бы изменение тяжелых условий концессионного договора, и об этом, возможно, будет идти речь в переговорах. Но все данные, в особенности присутствие в Москве американских горных инженеров, говорят о намерении вести переговоры с Главконцесскомом о получении в концессию других марганцевых месторождений, которые, как это известно, были недавно предложены советским правительством».

“Ажанс” от 31 декабря пишет: «Немецкими газетами были опубликованы неутешительные сведения о положении концессии Гарримана (чиатурский марганец). По словам представителя германских участников концессии, недавно вернувшихся с Кавказа в Москву, расходы по концессии значительно превышают все предположения. Советское правительство истолковывает пункты договора в сторону, неблагоприятную для концессионера, продажные цены упали, а никопольский марганец, добываемый советским трестом ЮРТ, является опасным конкурентом чиатурскому.

Как мы уже сообщали, Гарриман пришел к соглашению с русским правительством по вопросу, касающемуся конкуренции никопольского марганца. Предвидится более значительное участие немецких капиталов в эксплуатации рудников Кавказа.

Во всяком случае, нам кажется, что из заявления г‑на Гарримана явствует, что затруднения заключаются в изменении тяжелых условий договора в отношении затрат, уровня цен и конкуренции никопольского марганца. Возможность этих затруднений мы предвидели еще в момент сдачи концессии.

По слухам, Гарриман заинтересован в новой комбинации “Кривого Рога”».

Сообщая о переговорах Гарримана в Москве, “Индустри унд Хандельцейтунг” от 28 декабря 1926 г. пишет: «Приведут ли эти переговоры к соглашению, в котором были бы приняты во внимание требования Гарримана, неизвестно. Можно, однако, предположить, что советское правительство так или иначе будет считаться с тем положением, которое создалось для Чиатурской концессии благодаря конкуренции Никополя, тем более что в собственных интересах России пойти в этом отношении навстречу Гарриману.

По нашим сведениям, не исключена возможность, что изменение концессионного договора в пользу Гарримана известным образом отразится на условиях добычи марганца в Никополе, которая на основании соглашения с советским правительством находится в руках фирмы “Равак и Грюнфельд”. Как нам сообщают из авторитетных источников, непосредственные переговоры между этой фирмой и Гарриманом не имеют места. Вероятнее всего вопрос стоит лишь о том, что советское правительство, ввиду изменения концессионного договора с Гарриманом, должно было бы, со своей стороны, вступить в переговоры с указанной германской фирмой. В то же время нас уверяют, что какое бы то ни было изменение договора в конечном счете принесет хозяйству Германии только пользу.»[3]

Зав. информационным подотделом Главконцесскома Ганецкая

Референт информационного подотдела Главконцесскома С. Животовская

Примечания:

[1] В 1924 г. компания Гарримана предложила сдать ей в концессию на 30 лет эксплуатацию марганцевого месторождения в Чиатурах и экспорт марганца. Л. Б. Красин высказался против передачи Чиатурской концессии Гарриману. 2 декабря 1924 г. он писал в ЦК РКП(б), ЦКК, Главконцесском: «Уступка такой монополии, притом наиболее враждебно настроенному по отношению к Советскому Союзу иностранному капиталу, может оказаться величайшей политической ошибкой». Красин высказывал опасения по поводу того, что концессия Гарримана будет представлять опасность для суверенитета СССР, так как вызовет непосредственную заинтересованность американского капитала в закавказских делах. Красин также обращал внимание на то, что без признания СССР Соединенными Штатами Америки «в сущности не может быть никаких устойчивых правовых взаимоотношений между концессионером и правительством СССР». Вопрос о Чиатурской концессии рассматривался в ЦК РКП(б) и СНК СССР. Помимо Гарримана на получение марганцевой концессии претендовала группа германских промышленников и бельгийских фирм.

Как отмечали американские публицисты, до весны 1925 г. большевики при выдаче концессии проявляли чрезвычайную осторожность. Назначение Троцкого председателем Главного концессионного комитета знаменовало решительные перемены во взглядах и тактике правительства. Как только он стал во главе Главконцесскома, в Москве были подписаны две наиболее крупные концессии, когда-либо дававшиеся коммунистической Россией — с англо-американской компанией Ленских золотых приисков, другая — с Гарриманом. Позднее Троцкий в заявлении делегации германских рабочих в июле 1925 г. сказал, что эти контракты «обозначают начало усиленной концессионной деятельности. Мы совершенно сознательно идем ей навстречу».

Договор с фирмой Гарримана был заключен 12 июня 1925 г. сроком на 20 лет. Он предоставлял концессионеру право добывать марганцевую руду в районе Чиатур и вывозить ее через порт Поти. Монопольных прав Гарриман не получил. Из переданного в эксплуатацию концессионеру района выделялся участок с запасом руды не менее 15 млн. т., который предназначался для удовлетворения потребностей советской промышленности. Концессионер обязывался платить долевые отчисления с каждой тонны вывозимой руды. Договор предусматривал строительство концессионером ферромарганцевого завода, оборудование рудников, реконструкцию железнодорожной линии и устройство погрузочных сооружений в порту. Общие капиталовложения определялись в сумме 4 млн. долларов. По окончании срока концессии все сооружения переходили безвозмездно в распоряжение советского правительства. В обеспечение договора Гарриман вносил в Госбанк СССР гарантийный залог в размере 1 млн. долларов и 1 млн. долларов в виде аванса за потонные платежи по вывозу руды (РГАЭ. Ф. 413. Оп. 17. Д. 547. Л. 142‑144; СССР: Год работы правительства (материалы к отчету за 1924/25 бюджетный год). М., 1926. Стр. 508‑509; Фишер Л. Империализм нефти. М.; Л. 1927. Стр. 119).

[2] В документе — усовершенное.

[3] Далее опущены разделы: “Союзная работа на концессиях”, “Иностранная печать об СССР”.

РГАЭ. Ф. 8346. Оп. 1. Д. 25. Л. 29-27. Подлинник.

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.