Записка КПК при ЦК КПСС в ЦК КПСС об исключении из партии А.П. Вавилова. 1 августа 1955 г.

Реквизиты
Тип документа: 
Государство: 
Датировка: 
1955.08.01
Метки: 
Источник: 
Реабилитация: как это было. Документы Президиума ЦК КПСС и другие материалы. В 3-х томах. Том 1. Стр. 244-246
Архив: 
РГАНИ. Ф. 6. Оп. 3. Д. 742. Л. 34–36. Подлинник. Машинопись.

№ 32

1 августа 1955 г.[40]

В Центральный Комитет КПСС

Постановлением Секретариата ЦК КПСС от 11 сентября 1954 года поручено Комитету партийного контроля рассмотреть материалы о бывшем Главном военном прокуроре Советской Армии т. Вавилове А. П. Проверкой материалов, устными и письменными объяснениями т. Вавилова установлено следующее.

Тов. Вавилов с 1944 года работал заместителем Прокурора Союза ССР по спецделам и с 1950 года Главным военным прокурором Советской Армии. За указанный период, наряду с положительной работой по осуществлению советской законности, по борьбе с государственными преступлениями и нарушениями воинского долга, следует отметить серьезные ошибки т. Вавилова, допущенные им при даче санкций на арест по отдельным делам, а также в его работе как представителя Прокуратуры СССР в Особом совещании при НКВД — МГБ СССР.

В Особом совещании рассмотрение многих дел о политических преступлениях было превращено в простую формальность, в заочное, исключительно по бумагам, штампование следственных материалов, когда дела рассматривались пачками по 300–400 дел в течение 2–3 часов, что исключало возможность принятия объективного решения.

Тов. Вавилов, бывая на Особом совещании и видя такую ненормальную практику, необходимых мер к ее устранению не принимал и подписывал решения, которые, как теперь установлено, во многих случаях являлись неправильными, противозаконными.

Грубые ошибки им были допущены в так называемом «ленинградском деле», созданном Берия, Абакумовым и их сообщниками. Тов. Вавилов несет моральную ответственность перед партией и законом за дачу санкции на арест таких видных партийных работников, как Кузнецов А. А., Попков П. С., Родионов М. И. и другие, без каких-либо обвинительных материалов, только по справкам МГБ.

В этих сфабрикованных МГБ справках против них возводилось клеветническое обвинение в «измене Родине» и других тяжких преступлениях. Тов. Вавилов по закону обязан был тщательно ознакомиться с делом или хотя бы поговорить с арестованными, но он не проявил в этом партийной принципиальности и слепо верил материалам МГБ. Недопустимым является и то, что после дачи санкции он никакого контроля за следствием не вел и не интересовался судьбой арестованных по этому делу.

Тов. Вавилов находился под большим влиянием Абакумова, верил ему на слово. В сентябре 1950 г. по звонку Абакумова он выехал в Сочи, где утвердил составленное МГБ обвинительное заключение. Этим было допущено грубейшее нарушение установленного законом порядка, по которому следственные органы обязаны после окончания следствия представить прокурору все дело с обвинительным заключением для изучения. Там же, в Сочи, Абакумов при участии т. Вавилова определил состав суда для слушания «ленинградского дела», причем подобное «назначение» суда было произведено без какого-либо участия и без ведома Генерального прокурора СССР, министра юстиции СССР и председателя Верховного Суда СССР.

Присутствуя на судебном процессе по «ленинградскому делу», т. Вавилов не мог не видеть, что судебный процесс проводится с нарушением закона: прибывшие в Ленинград следователи МГБ держали под своим контролем поведение обвиняемых, разговаривали с ними в перерывах и все время находились в зале судебного заседания. Но об этих нарушениях судопроизводства т. Вавилов не доложил ЦК КПСС.

Как выяснилось теперь, при рассмотрении 1–3 марта 1955 г. Военной коллегией Верховного Суда СССР дела бывшего работника МГБ СССР Шварцмана Л.Л., т. Вавилов входил в особую комиссию по наблюдению за процессом, в которой участвовали бывший нач. следчасти МГБ Леонов (ныне осужденный) и бывший зам. министра госбезопасности Селивановский. Подготовленный комиссией проект приговора был передан суду в совещательную комнату, что подтвердили председательствовавший на суде по так называемому «ленинградскому делу» т. Матулевич, член суда т. 3арянов и секретарь суда т. Мазур.

Из незаконных дел, прошедших по Особому совещанию с участием т. Вавилова, можно привести дело незаконно арестованного т. Орджоникидзе Константина, против которого при отсутствии каких-либо доказательств обвинения работники МГБ возбудили дело о незаконном хранении оружия, воспользовавшись тем, что при обыске у него были изъяты два пистолета, подаренные ему Серго Орджоникидзе.

В августе 1944 г. Особое совещание, несмотря на неподсудность ему такого дела, приговорило т. Орджоникидзе К. к 5 годам лишения свободы. В ноябре 1946 г. Абакумов потребовал усилить меру наказания до 10 лет лишения свободы. Тов. Вавилов, понимая, что это требование является преступным, согласился с незаконным осуждением Орджоникидзе на 10 лет по тем же обвинениям. В 1954 году т. Орджоникидзе К. реабилитирован[41].

26 апреля 1948 года по провокационным материалам Берия и Абакумова был арестован бывший министр морского флота СССР т. Афанасьев А.А. по обвинению в шпионской деятельности. Тов. Вавилов никаких доказательств обвинения не имел и санкционировал арест Афанасьева исключительно по справке МГБ, а впоследствии утвердил обвинительное заключение по делу с предложением применить к нему меру наказания 20 лет лишения свободы. В 1954 г. т. Афанасьев полностью реабилитирован[42].

В апреле и мае 1949 года т. Вавилов по справкам МГБ санкционировал арест 23 крупных ученых-геологов — Шахова Ф. Н., Катульского В. К., Кучина М.И. и других по обвинению «во вредительстве». В октябре 1950 г. они необоснованно были осуждены Особым совещанием к лишению свободы от 15 до 25 лет. Теперь установлено, что указанное дело было сфабриковано работниками МГБ; Верховный Суд СССР прекратил дело за отсутствием состава преступления.

С санкции т. Вавилова были арестованы в январе 1951 г. Соловьева К. Н. и Соловьева И. Н. - дочери осужденного быв. председателя Ленинградского облисполкома Соловьева Н. В., который до ареста был первым секретарем Крымского обкома партии. Без каких-либо оснований они в 1951 году были осуждены Особым совещанием к 8 годам лишения свободы. В настоящее время Соловьевы реабилитированы.

Тов. Вавилов А. П., 1902 года рождения, член КПСС с 1920 года, имеет высшее образование, в 1918–1920 годах работал сотрудником милиции, с 1921 г. был уполномоченным особого отдела и нач. отряда Военного трибунала и с 1924 г. по 1930 г. — военным следователем Военного трибунала Турк[естанского] фронта и отдельной дивизии особого назначения при Коллегии ОГПУ В органах прокуратуры работает с 1931 года: прокурор при Наркомате юстиции РСФСР, военный прокурор Главной военной прокуратуры, зам. военного прокурора войск НКВД Московской области; до назначения его в 1944 г. заместителем Генерального прокурора СССР работал зам. Главного военного прокурора морского флота.

Вопрос о партийной ответственности т. Вавилова был рассмотрен в Комитете партийного контроля с его участием, а также с участием представителя Административного отдела ЦК т. Старцева и секретаря парткомиссии при Главном Политуправлении Советской Армии т. Фурсова.

Считаем необходимым за грубые нарушения советской законности и ошибки в прокурорской работе исключить т. Вавилова А. П. из членов партии, а также поставить вопрос о лишении его звания генерала Советской Армии[43].

П. Комаров В. Уженцев И. Ягодкин А. Осипов В. Лукьянов

40 Первый вариант записки был составлен для Президиума ЦК КПСС еще 2 апреля 1955 г. Его текст почти аналогичен публикуемому. Расхождения имеются лишь в формулировке последнего абзаца. В первом варианте, в отличие от второго, этот абзац не определяет конкретную меру партийного наказания бывшему Главному военному прокурору и выглядит следующим образом:

«За ошибки и нарушения советской законности в прокурорской работе т. Вавилов А. П. должен нести строгую партийную ответственность. Считаем также необходимым поставить вопрос о лишении т. Вавилова звания генерала Советской Армии» (РГАНИ. Ф. 6. Оп. 3. Д. 742. Л.39).

Видимо, из-за отсутствия ясности с вопросом о наказании, первый вариант записки в Президиум ЦК представлен не был.

КПК при ЦК КПСС привлекал к партийной ответственности и других «нарушителей социалистической законности». Так, в соответствии с постановлением секретариата ЦК от 14 июня 1955 г. были рассмотрены материалы «о деле» бывшего секретаря ЦК ВЛКСМ С. А. Уткина. Мера наказания во многом определялась тем положением, которое занимали работники органов госбезопасности, применявшие незаконные методы ведения следствия. Подробнее см. Источник. 1993. № 5–6. С. 157–161.

41 См. документы № 7 и 16 раздела II.

42 См. документ № 24 раздела II.

43 Опросом члены Президиума ЦК 6 августа 1955 г. (прот. № 139, п. 21) утвердили постановление КПК при ЦК КПСС от 24 июня 1955 г. (прот. № 662, п. 2с) об исключении А. П. Вавилова из партии.

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.