Постановление Президиума ЦК КПСС о проведении закрытого заседания ХХ съезда партии и утверждении докладчиком Н.С. Хрущева. 9 февраля 1956 г.

Реквизиты
Государство: 
Датировка: 
1956.02.09
Источник: 
Реабилитация: как это было. Документы Президиума ЦК КПСС и другие материалы. В 3-х томах. Том 1. Стр. 352
Архив: 
РГАНИ. Ф. 3. Оп. 10. Д. 225. Л. 2. Подлинник. Машинопись.

№ 18

№ 188. п. II — Об открытии Пленума ЦК КПСС (тт. Хрущев, Микоян, Сабуров, Первухин, Каганович, Маленков, Булганин, Ворошилов, Кириченко, Молотов, Суслов, Пономаренко, Поспелов)[36].

Поручить открыть Пленум ЦК КПСС первому секретарю ЦК т. Хрущеву Н. С. Внести на Пленум ЦК предложение о том, что Президиум ЦК считает необходимым на закрытом заседании съезда сделать доклад о культе личности. Утвердить докладчиком т. Хрущева Н. С.[37]

36 Запись В. Н. Малина об обсуждении данного вопроса на заседании Президиума ЦК выглядит следующим образом:

«О рассылке неопубликованных документов В.И. Ленина (Суслов). Разослать членам Президиума ЦК.

Пленум открыть. На пленуме сказать о том, что на съезде будет сделан доклад о культе личности (т. Хрущев). [Поручить сообщить об этом участникам пленума] т. Хрущеву.

О докладчике (Микоян, Сабуров, Первухин, Каганович, Маленков, Хрущев, Булганин, Ворошилов, Кириченко, Молотов, Пономаренко, Суслов, Поспелов). С докладом о культе личности [выступить] т. Хрущеву» (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 8. Д. 389. Л. 64–65).

37 В воспоминаниях Н. С. Хрущева и Д. Т. Шепилова подготовка знаменитого доклада «О культе личности и его последствиях» выглядит как едва ли не личное дело и заслуга одного Н. С. Хрущева при участии Д. Т. Шепилова. Д. Т. Шепилов, действительно принимавший участие в работе по дополнению и редактированию представленного 18 февраля 1956 г. П. Н. Поспеловым и А. Б. Аристовым проекта доклада, рисует, в частности, ее следующим образом:

«Накануне съезда я заболел. У меня открылось язвенное кровотечение, и меня положили в Кремлевскую больницу… Кровотечение прекратилось, и я приступил к работе. Когда я зашел к Хрущеву, то услышал от него, что он недоволен проектом отчетного доклада съезду, подготовленного Б. Н. Пономаревым и другими. Я сказал Хрущеву: „Давайте, Никита Сергеевич, я помогу вам, если хотите. Во всяком случае, подготовлю международный раздел". Хрущев согласился.

Я привлек к работе несколько человек, и мы подготовили те разделы доклада, в которых, как мы полагали, являемся специалистами. В дальнейшем над этими частями работал сам Хрущев.

<… > Что же произошло дальше? Хрущев сделал [отчетный] доклад. Я тоже уже выступил и сидел возле колонны. После доклада Хрущева развернулись прения. В этот момент подошел ко мне сзади Хрущев и попросил меня выйти с ним на минутку из зала. Мы пошли в кулуары, туда, где делегаты обычно закусывали, и Хрущев сказал мне примерно следующее: „Я пытался с этими бурбонами (мне было ясно, кого он имел в виду) переговорить, чтобы выступить на съезде с критикой Сталина, но они — ни в какую… В общем, я хочу выступить по этому вопросу… " <…>

Разговор с Хрущевым в кулуарах ХХ съезда был коротким. Он спросил меня: „Поможете?" Я ответил, что помогу. Он сказал: „Тогда поехали".

Мы ушли со съезда. По стенограмме, наверное, можно установить, что в этот и на следующий день мы на съезде не присутствовали. Я сидел в своем кабинете, Хрущев — в своем. Причем никаких указаний он мне не давал. Он лишь сказал: „Мы же с вами обо всем говорили, вы все знаете, помогите мне и сделайте то, что нужно".

Я решил осветить два вопроса: международный (попытаться показать, что представляла собой сталинская внешняя политика) и военный, поскольку я сам прошел всю войну и полагал, что имею право судить об этих проблемах… Таковы те разделы доклада о культе личности Сталина, которые готовил я. Эти разделы я лично передал Хрущеву в руки» (Вопросы истории. 1998. № 11–12. С. 4–5).

Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Также вы можете добавить свой комментарий.